Введение
Аресты и чистки в советской России имели долгую предысторию.
После смерти В.Ленина Иосиф Сталин начал атаку на своих бывших союзников по «тройке». Зиновьев и Каменев были осуждены на XIV съезде в 1925 г.
С 1921 г. до июня 1928 г. в результате чистки из партии исключили 435075 человек.
Позже во время чисток 1933-1934 гг. было исключено 22% от всего числа членов партии, а фактически чисто членов снизилось на 33%, или на 1,2 млн человек.
В 1933 г. советское руководство было одержимо идеей поиска «врагов народа» и шпионов.
В этот момент «козлами отпущения» решили сделать гомосексуалов. Их обвиняли в создании «шпионских ячеек», хотя реальных доказательств предоставлено не было. Аресты гомосексуалов в СССР проводились с того же 1933 года до начала ВОв.
Сходные процессы происходили в нацистской Германии.
Один очевидец этих событий вспоминал, что в 1933 г. множество гомосексуалов было арестовано за участие в сборищах, которые «власти определили как контрреволюционные, троцкистские или даже гитлеровские».
В этом контексте небезынтересно рассмотреть личности идейных вдохновителей гонений на гомосексуалов и прочих “врагов народа”, подумать над мотивацией этих людей и образом их жизни.
Генрих Ягода
В 1933 году советские гомосексуалы в полной мере ощутили на себе новые веяния. Гонения на гомосексуалов были предложены в сентябре 1933 г. заместителем председателя ОГПУ Генрихом Ягодой. Он сообщил Сталину о раскрытии «объединения педерастов» в Москве и в Ленинграде. Им вменялось в вину
«создание сети салонов, очагов, притонов, групп и других организованных формирований педерастов, с дальнейшим превращением этих объединений в прямые шпионские ячейки».
Отметим, что лесбиянок это обвинение не касалось. Сообщалось, что
«актив педерастов, используя кастовую замкнутость педерастических кругов в непосредственно контрреволюционных целях, политически разлагал разные общественные слои юношества, в рабочую молодежь, а также пытался проникнуть в армию и флот».
Сталин тогда предложил
“примерно наказать этих мерзавцев, а в законодательство внести соответствующее руководящее постановление”.
В итоге в 1934 г. в СССР появилась статья об уголовной ответственности за мужеложство:
“Половое сношение мужчины с мужчиной (мужеложство) влечет за собой лишение свободы на срок от 3 до 5 лет”.
Вы полагаете, что тогда были обнаружены реальные гомо-ячейки шпионов или же психиатры свидетельствовали, что советские гомосексуалы склонны к измене Родине? Или Сталин реально заботился об умножении народонаселения в СССР?
Нет.
Сталину было важно упрочить свою власть. А гомосексуалы были лишь очередными “мальчиками для битья”. При этом элита Союза продолжала действовать по своему усмотрению.
***
Спустя несколько лет указанный нарком государственной безопасности Генрих Ягода был арестован.
![](https://usatov.info/wp-content/uploads/2024/06/555.jpg)
В результате обысков у бывшего шефа НКВД обнаружили огромную коллекцию порнографических снимков (почти 4000 экземпляров) с кинопроектором, несколько сотен курительных трубок из слоновой кости (также с изображениями порнографического характера), презервативы (была найдена целая коробка), а также “резиновый искусственный половой член”.
В СССР 30-х годах подобное не производилось.
О его роскошной жизни прекрасно были осведомлены в Политбюро ЦК КПСС. Пока Ягода был полезен на своей должности, ему разрешалось многое. Но, как только на его место был найден более ценный кандидат — Ежов, от Ягоды безжалостно избавились. Его обвинили в убийствах Кирова, Менжинского, Горького и его сына, в попытке отравления Ежова, а также в работе на иностранные разведки и контрреволюционном заговоре. В 1938 г. он был расстрелян.
Полагаю, что пример Ягоды прекрасно иллюстрирует принцип “что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”.
Но в еще большей степени слова про свободу “Юпитера” применимы к личности следующего за Ягодой наркома госбезопасности СССР — Николаю Ежову.
Коля Ежов
Происхождение и юность Ежова покрыта покровами тайны, но кое что нам всё же известно.
Николай Ежов родился 22 апреля (1 мая) 1895 г. в селе Вейверы Сувалкской губернии (ныне Литва).
В 1902-1903 гг. отец Николая Ежова (мальчику было 7-8 лет) содержал чайную, которая на самом деле была публичным домом.
В 1910-м году родители отправили сына в Петербург, где проживал их родственник. Здесь Николаю предстояло обучиться портняжному делу. Этот период Ежов уже связывал себя со своим “давним пороком — педерастией”:
“начало этому было положено еще в ранней юности, когда я жил в учении у портного. Примерно лет с 15 до 16 у меня было несколько случаев извращенных половых актов с моими сверстниками, учениками той же портновской мастерской”.
Отметим, что
“порок этот возобновился в старой царской армии во фронтовой обстановке. Помимо одной случайной связи с одним из солдат нашей роты у меня была связь с неким Филатовым, моим приятелем по Ленинграду, с которым мы служили в одном полку. Связь была взаимноактивная, то есть «женщиной» была то одна, то другая сторона”.
В 1919 г. Николай Ежов
“был назначен комиссаром 2-й базы радиотелеграфных формирований. Секретарем у меня был некий Антошин. С этим самым Антошиным у меня в 1919 г. была педерастическая связь взаимноактивная”.
“В 1924 г. я работал в Семипалатинске. Вместе со мной туда поехал мой давний приятель Дементьев. С ним у меня также были в 1924 г. несколько случаев педерастии, активной только с моей стороны”.
“В 1925 г. в городе Оренбурге я установил педерастическую связь с неким Боярским, тогда председателем Казахского облпрофсовета. Связь была взаимноактивная”.
“В том же 1925 г. выехал я на работу в Кзыл-Орду. Вскоре туда приехал Голощекин Ф.И. холостяком. До своего отъезда в Москву (около 2-х месяцев) я переселился к нему на квартиру и там часто ночевал. С ним у меня также вскоре установилась педерастическая связь, которая периодически продолжалась до моего отъезда. Связь с ним была, как и предыдущие, взаимно-активная”.
Между прочим, Голощекин Ф.И. был одним из организаторов расстрела царской семьи.
Вопреки всему карьера Ежова развивалась весьма успешно.
К 1930 г. относится его личное знакомство со Сталиным. В начале 1930-х его назначают заведующим распределительным отделом ЦК, который переименовали в отдел руководящих партийных кадров, а в 1935 году он стал председателем Комиссии партийного контроля ЦК и секретарем ЦК.
Этот большой скачок в карьере Ежов совершил, когда по поручению Сталина возглавил расследование убийства Кирова.
При этом Ежов оказался самым малообразованным руководителем советских / российских спецслужб за всю историю.
Что же Сталин разглядел в Ежове такого, что обеспечило тому столь стремительный взлет?
По версии Н. Петрова и М. Янсена, это было
“очень в сталинском стиле — выдвинуть “маленького человека”, из самых низов, обласкать, облечь доверием и поставить на высокий пост. Он, благодарный и преданный, горы свернет”.
“Вникал ли Сталин в анкетные данные Ежова? Безусловно! Биографическая ничтожность Ежова в судьбоносном 1917 году была налицо. Но именно такой и нужен был”.
Знал ли Сталин про бисексуальность Луначарского, Ежова и про сексуальные игры Ягоды?
Конечно, знал. Ему эти особенности “товарищей” совершенно не мешали для достижения перспектив единоличного царствования в СССР.
Сталину было важно нанести упреждающий удар по потенциальной пятой колонне, застраховав существующий в стране режим от возможных потрясений в военное время.
В 1933 году у Сталина созрел план проведения масштабной чистки, и Ежов мог стать идеальным исполнителем в его руках. При этом Ягода не соглашался участвовать в уничтожении старых ленинцев.
А еще ростом Ежов был ниже Сталина. Даже в сравнении с невысоким Сталиным (172 см) он выглядел карликом — 1 метр 51 см (“кровавый карлик”).
С учетом комплекса Сталина по поводу своих физических данных, это соображение — не второстепенное. Сталин выбирал себе сторонников, на которых можно было смотреть свысока. Игрушка должна быть миниатюрнее хозяина.
Ему, как и Сталину, была свойственна граничащая с паранойей шпионофобия. Все эти качества, а вкупе с ними антиинтеллигентская закваска и темное прошлое Ежова, позволили Сталину вырастить из затрапезного партработника злодея.
Впоследствии Ежов принимал активное участие в работе Политбюро и получил от Сталина поручение контролировать НКВД и организовывать чистки.
Обратим внимание на словесные обороты Ежова:
“это еще больше закалит ряды партии и позволит до конца выкорчевать политическую слепоту, моральное и политическое разложение, гнилой либерализм, которыми еще страдают некоторые коммунисты”.
“Троцкистско-зиновьевских мерзавцев” с этого времени надлежало рассматривать как “разведчиков, шпионов, диверсантов и вредителей фашистской буржуазии в Европе”, и с ними со всеми следовало покончить”.
27 января 1937 года Ежов получил новое звание генерального комиссара государственной безопасности с маршальскими звездами на синих петлицах, а 17 июля — орден Ленина.
К 1937 г. значимость геев-шпионов сильно поблекла.
Специфическим аспектом Большого террора была ликвидация “потенциальной разведывательной базы” вражеских государств или так называемые “национальные операции”. Главными жертвами этих операций стали лица, имевшие национальность “буржуазно-фашистских государств, граничащих с СССР, например, немцы, финны, эстонцы, латыши и поляки. Первый секретарь Красноярского крайкома С.М.Соболев на совещаниях УНКВД заявлял:
“Довольно играть в интернационализм, надо бить всех этих поляков, корейцев, латышей, немцев и т.д., все это продажные нации, подлежащие истреблению… Всех националов надо ловить, ставить на колени и истреблять как бешеных собак”.
По сравнению с гонениями на гомосексуалов это было невиданное новшество.
1 августа 1937 г. вступил в силу секретный приказ НКВД № 00447, который
определял в «целевую группу» репрессий бывших «кулаков», «членов антисоветских партий», «участников повстанческих, фашистских, шпионских формирований», «троцкистов», «церковников».
Нужно понимать, что виновность конкретных категорий граждан СССР тогда не имела никакого значения. Откуда мы это знаем? По самой процедуре с «лимитами»
Как свидетельствовал бывший высокопоставленный чекист Михаил Шрейдер, как-то после выпивки на даче нарком разоткровенничался с подчиненными:
«Вся власть в наших руках. Кого хотим, казним, кого хотим — милуем. Нужно, чтобы все, начиная от секретаря обкома, под тобой ходили».
Более того, т.н. “врагов народа” шантажировали угрозами в отношении членов семьи. Например, Георгий Димитров записал в дневнике, что на банкете 7 ноября 1937 года Сталин сказал:
«Мы не только уничтожим всех врагов, но и семьи их уничтожим, весь их род до последнего колена».
По словам Никиты Хрущева, Ежов
«понимал, что Сталин им пользуется как дубинкой, и заливал свою совесть водкой«.
Вошедшее в привычку пьянство было для Ежова своего рода способом снятия тяжелых нервных нагрузок. Он неоднократно присутствовал при расстрелах, что неизбежно отражалось на его психике. Лишь выпив, он мог бахвалиться своим участием в казнях.
Мавр сделал свое дело, мавр может уходить…
В то время
“Ежов не только пьянствовал. Он, наряду с этим, невероятно развратничал и терял облик не только коммуниста, но и человека”.
Одним из его близких друзей, с которым Ежов любил пьянствовать по ночам, был его коллега по Наркомату земледелия Ф.М.Конар. После ареста Ежов утверждал:
“Конар и я всегда пьянствовали в компании проституток, которых он приводил к себе домой”.
17 ноября 1938-го супруга Ежова была обнаружена в бессознательном состоянии из-за отравления люминалом. Так и не придя в себя, два дня спустя она скончалась.
После смерти жены, накануне своего неизбежного ареста, Ежов вернулся к своим юношеским привычкам и наклонностям. …
Он даже пытался застрелиться, но Дементьев у него отнял оружие.
Впоследствии упомянутый Иван Дементьев рассказывал, что в свой первый приезд в Москву он и Ежов «занимались педерастией», или, как он еще выразился:
«Ежов занимался со мной самыми извращенными формами разврата». Ежов радовался, что Дементьев забыл в Ленинграде свою вставную челюсть и неоднократно заставлял того брать в рот его член. А еще Ежов просил его стать своим телохранителем, предпочитая иметь в охране доверенное лицо, а не людей Берии».
С конца 1938 года его племянник Анатолий приводил к нему «девушек» на ночь: сотрудницу наркомата внешней торговли Татьяну Петрову, за которой Ежов ухаживал еще в 1934 г., работницу станкостроительного завода Валентину Шарикову (под новый 1939 г.) и сотрудницу наркомата водного транспорта Екатерину Сычеву (в конце февраля 1939 г.).
Сообщается, что сожительницы Ежова совершали аборты, хотя это и было запрещено с 1936 г.
А вот что рассказывал о Ежове политработник Красной Армии в чине дивизионного комиссара Владимир Константинов. По его словам, с октября по декабрь 1938 г. Ежов часто зазывал его выпить в своей кремлевской квартире. Однажды он попросил Константинова прийти с женой Катериной и начал их спаивать.
Напившись, Константинов заснул на диване. Когда он проснулся ночью около часу или двух, прислуга сказала ему, что его жена находится в спальне с Ежовым; дверь в спальню была закрыта. Вскоре она вышла из спальни вся растрепанная, и они ушли домой. Дома она плакала и сказала ему, что Ежов вел себя как свинья.
Когда Константинов прилег, Ежов пошел танцевать с ней фокстрот; во время танца, по ее рассказу, заставил ее держать в руке его член». Потанцевав, они сели за стол, и Ежов «вытащил член» и показал ей. Потом он напоил ее и изнасиловал, порвав на ней белье».
На следующий вечер Ежов опять позвал Константинова выпить и к слову сказал ему: «Я с твоей Катюхой все таки переночевал, и она хотя и старенькая, но неплохая женщина». Константинов, испытывавши страх перед Ежовым, проглотил обиду.
В этот раз Ежов напился хуже обычного. Они слушали граммофон, а после ужина легли спать. Комиссар Красной армии Константинов рассказывал: «Едва я разделся и лег в кровать, смотрю, Ежов лезет ко мне и предлагает заняться педерастией. Меня это ошеломило и я его оттолкнул, он перекатился на свою кровать. Только я уснул, как что-то почувствовал во рту. Открыв глаза вижу Ежов сует мне в рот член. Я вскочил, обругал его и с силой отшвырнул от себя, но он снова полез ко мне с гнусными предложениями» (ЦА ФСБ. Ф. 3-ос. Оп. 6. Д. 3. — Л.252).
В итоге 10 января 1939 г. Молотов объявил Ежову официальный выговор за опоздания на работу. Предвидя конец, тот сильно пил.
9 апреля 1939 г. Ежова сняли с поста наркома водного транспорта. На следующий день он был арестован лично Берией и отправлен в Сухановскую спецтюрьму.
24 апреля 1939 г. Ежов написал признание о “своем давнем пороке — педерастии”, что должно было ясно свидетельствовать о его “морально-бытовом разложении”. Однако для сотрудников следственной части эти факты имели второстепенное значение.
Когда через пару дней партнер Ежова Иван Дементьев собрался дать показания об их гомосексуальных взаимоотношениях, следователь заявил:
“Это нас мало интересует. Вы скрываете основную свою вражескую работу, к которой вас привлек Ежов”.
10 июня 1939 г. Николаю Ежову было предъявлено официальное обвинение в многолетних шпионских связях с соответствующими кругами Польши, Германии, Англии и Японии; руководством заговором в НКВД, подготовке государственного переворота, организации ряда убийств, а также в сексуальных отношениях с мужчинами (“содомии”).
В окончательном вердикте суда пункт о мужеложстве не фигурировал.
4 февраля 1940 года Ежов был расстрелян.
Знаменитый авиаконструктор Александр Яковлев так передавал гневную речь вождя на одном из кремлевских ужинов:
«Ежов — мерзавец! Погубил наши лучшие кадры. Разложившийся человек. Звонишь к нему в наркомат — говорят: уехал в ЦК. Звонишь в ЦК — говорят: уехал на работу. Посылаешь к нему на дом — оказывается, лежит на кровати мертвецки пьяный. Много невинных погубил. Мы его за это расстреляли».
Подведем итоги
Книга Янсена и Петрова «Сталинский питомец» — Николай Ежов — это первое научное исследование, посвященное «верному сталинскому исполнителю». Авторы рассказывают, как полуграмотный невзрачный парень сомнительного, с точки зрения большевистских канонов, происхождения взлетел в высший эшелон власти.
Янсен и Петров подчеркивают, что Ежов был безгранично предан Сталину, влияние на Ежова было чуть ли ни гипнотическим; в качестве партийного функционера, а затем наркома он проявил способность улавливать малейшие изменения в сталинских настроениях и пожеланиях; именно эти качества и выдвинули Ежова на первый план в реализации «Большого террора».
По минимальным подсчетам, жертвами репрессий тогда стали 700 тысяч человек, более полутора миллионов попали в лагеря. Точные цифры жертв до сих пор неизвестны.
Тотальная чистка, развязанная Сталиным, дала ему возможность укрепить свою личную власть. В результате чистки старые большевики и “буржуазные специалисты” были заменены новой, покорной бюрократией, состоящей из молодых “специалистов”, обученных и воспитанных в сталинском духе 30-х годов и готовых беспрекословно выполнить любой приказ Сталина.
Как показал на допросе сотрудник оперативного сектора НКВД Тюмени, аресты производились произвольно: людей арестовывали за принадлежность к “враждебным” группам, которые в реальности не существовали. Сталин стремился уничтожать тех, кого считал потенциально неблагонадежными людьми.
Гонение на гомосексуалов не было основано на результате анализа решений психиатров или сексологов. Сталин стремился к установлению режима единоличной власти.
На самом деле его совершенно не интересовали проблемы деторождения или “развращения” молодых солдат и матросов. В его окружении в этот период действовали бисексуалы, которые действительно развращали молодые “кадры индустрии”. Например, Николай Ежов при этом подвигал своих любовниц на аборты, что было уже запрещено законодательством.
Но, как говорится, “что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”.
Литература
- Петров Никита, Янсен Марк. «Сталинский питомец» — Николай Ежов. — М.: Политическая энциклопедия, 2020. — 607 с.