Истоки и катализаторы гомофобии в библейской и церковной традиции

Сохранение идентичности Израиля среди окружающих народов

Ветхозаветный Бог Яхве — ревнивый. Чтобы оградить евреев от бытового общения с окружающими племенами, в Еврейской Библии были запрещены популярные у соседних племен формы сексуального поведения и кулинарные изыски (козленок в молоке матери, свинина и т.д.). Израильтянин не должен был поступать как язычник, для которого секс и принятие пищи были частью магического обряда: 

«И не вступай с ними в родство: дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего, ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам» (Втор 7.3-4).

Сексуальные и пищевые запреты Еврейской Библии являли этно-религиозную границу (педагогическую и политическую меру), а не онтологическую мораль.

Легенда о гибели Содома и Гоморры как черный пиар

Рассказ о Содоме был призван объяснить происхождения народов, населявших Ханаан и Трансиорданию (этиологический миф). Это пример политически мотивированного черного пиара, созданного автором книги Бытия “задним числом”.

В библейском рассказе жители Содома покусились изнасиловать даже Ангелов Яхве, а не только праведного Лота (Быт 19.9):

«Где те, кто пришли к тебе ночевать? — кричали они. — Давай их нам сюда, мы их будем насиловать!» (Быт 19.5).

Но в целом история Содома не про секс (это вторично), а про коллективное насилие и отвержение Божьих посланников. Современным аналогом “греха жителей Содома” является не однополая любовь, а изнасилование мужчин в тюрьмах.

Ритуальное переодевание (запрет на кроссдрессинг)

В древних ближневосточных текстах примеры переодевания в одежду противоположного пола чаще всего встречаются в материалах культового или правового характера. Из-за связи с другими религиями переодевание названо в книге Второзакония «мерзостью» и табуировано для древних евреев (Втор 22.5).

Культовая проституция

Ритуальные оргии составляли неотъемлемую часть культов Ханаана и были направлены на обеспечение плодородия земли, скота и людей. В культовой проституции были заняты и мужчины из числа служителей храма. Чтобы противостоять влиянию чуждых культов, у древних евреев был введен запрет на принесение в храм заработка проституирующего мужчины:

“Ни один израильтянин не должен быть храмовым блудником. Не вноси платы блудника в дом Господа” (Втор 23.17,18).

Запрет мужеложества в контексте культа и идолопоклонства

В Ветхом Завете есть прямое табу на мужеложество:

«Не подражайте обычаям Египта, где вы жили, и обычаям Ханаана, куда Я вас веду. Не следуйте их законам. Не ложись с мужчиной, как с женщиной: это мерзость” (Лев 18.2,3,22; 20.13).

Далее объясняется, почему это недопустимо:

«Не оскверняйте себя такими делами. Всем этим оскверняли себя народы, которых Я изгоняю, расчищая вам место… Соблюдайте Мои установления: не следуйте тем мерзким обычаям, по которым здесь жили до вас, — не оскверняйте себя ими. Я — Господь, ваш Бог» (Лев 18.24,30).

Сексуальные отношения двух мужчин упоминаются здесь в контексте религиозных обрядов египтян и жителей Ханаана.

И действительно, “содомия практиковалась на древнем Ближнем Востоке в ритуальном или магическом контексте. Примеры содомии встречаются в угаритской мифологии” (Библейский культурно-исторический комментарий).

Некоторые исследователи считают, что речь идёт о ритуальных действиях в храмах чужих богов, храмовой проституции и культовых оргиях ханаанеев. Тогда текст не о формах сексуальности, а о языческих практиках.

Однополый секс как Божье наказание за идолопоклонство

В Библии Бог много раз обещал в качестве наказания отнять разум у непослушных людей. В некоторых случаях Яхве угрожал буквально клиническим сумасшествием (Втор 28.28,34).

Но у Яхве было еще два изощренных варианта унижения непослушных людей:

— заставить людей оскверняться своими же жертвоприношениями: приносить в жертву своих первенцев, “чтобы поняли они, что Я — Господь!” (Иез 20.24-26);

— “предать язычников страстям бесчестным”, чтобы “заменили естественные сношения противоестественным, делая срам и получая в самих себе должное возмездие за свое заблуждение” (Рим 1.26-27).

Таким образом, мужеложество и лесбийские отношения женщин представлены в Библии в качестве Божьего наказания, как форма безумия.

Ветхозаветный запрет мужеложества как нарушения гендерных ролей

Возможно, что запрет спать с мужчиной «как с женщиной» означает, что мужчина не должен занимать женскую позицию. В таком случае табу на пассивную роль связано с патриархальной идеей чести/доминантности. Позор здесь заключается в унижении статуса мужчины как доминанта, что связано с особенностями культуры древнего Ближнего Востока.

Гендерно-иерархические представления античных философов

Жители позднеримской империи мыслили через категориальные пары: активное/пассивное, духовное/телесное, порядок/хаос, форма/материя, мужское/женское. Эти категории была сформулированы Аристотелем. В его иерархической модели

“мужчина по отношению к женщине по своей природе выше и властвует, женщина же на­ходится в подчинении”.

Если мужчина (в смысле архетипического принципа) начинает действовать как «принимающее начало», станет играть роль женщины (например, в форме сексуального поведения), то это для Аристотеля логически противоречит природе вещей: то, что по природе есть активное, не может выполнять функцию пассивного.
Так Аристотель воспринимал и другие «смешения категорий»: раб, который ведёт себя как господин, или животное, которому приписывают разум, — всё это для него логические несообразности, а не просто моральные табу.

Если в половые отношения вступали двое зрелых свободных мужчин, в античное время люди считали, что такая сексуальная связь противоестественна лишь для одного из партнеров — того, кто занимал подчиненное положение. Указанные идеи Аристотеля о мужчине, как существе в силу своей природы властвующем и о женщине — су­ществе, в силу своей природы подвластном, оказали влияние на ортодоксальное христианство. Например, блаж. Феофилакт Болгарский называл анальный половой акт в рецептивной роли позором для мужчины:

“(апостол) малакиями называет тех, над которыми совершают постыдное” (Толкование на Первое послание к Коринфянам).

Противостояние ранней Церкви гностическим формам распутства

Гностические идеи против секса

«Послание Варнавы» — христианский текст I–II века, который имел значительное влияние на раннее христианство. В этой книге заметно влияние гностицизма. Библейский запрет употреблять в пищу зайца, гиену и ласку (хорька) автор “Послания” представил читателю как запрещение на некоторые сексуальные практики: растление детей, смену сексуальных ролей и фелляцию (ласки ртом полового члена). Этот «метод» впоследствии развивал пресвитер Климент Александрийский (+215 г.). Апеллируя к аристотелевской категории “природы”, некоторые формы сексуальных отношений между людьми Климент называл “противоестественными”, например, анальный секс.

Гностическая экзегеза

Последователи гностика Василида слова Христа о скопцах (Мф 19.12) рассматривали как отсылку к природным особенностям мужчин:

«Некоторые по природе своей схожи с женщинами и следуют их привычкам. Таким лучше не жениться. Они являются евнухами от рождения» (Климент Александрийский. Строматы).

Сексуальные ритуалы гностиков

Ритуальное вкушение мужчинами своего семени (евхаристические ритуалы фибионитов, о которых рассказывает Епифаний Кипрский) подсказывают, что некоторые гностики практиковали секс, исключающий оплодотворение, чтобы «разрушить труды женщины» (Евангелие от Египтян), сделав невозможными зачатие и деторождение.

Манихейские тенденции и принципиальное отвращение к сексу

С III в. в христианской среде распространялись идеи манихеев, которые сексуальное желание рассматривали как инструмент тёмных сил. Подобного взгляда на сексуальность придерживались и сторонники Евстафия Севастийского, что однозначно повлияло на многих монахов IV в.

Такие антисексуальные идеи способствовали смещению внимания сторонников ранней ортодоксальности с социального и религиозного измерения греха содомлян на исключительно сексуальное.

В какой-то момент византийские экзегеты забыли про библейский дискурс сексуальных отношений людей и ангелов (юноши-Ангелы и мужчины Содома, Сыны Божии и дочери человеческие). В итоге толкование трудных мест Библии свелось к осуждению форм сексуальности.

Жителей Содома стали воспринимать в первую очередь как извращенцев, которые ежедневно занимались противоестественным развратом “только с мальчиками (ὲν παισὶν ἐπεμένοντο)” (свт. Иоанн Златоуст).

Так в Древней Церкви появился новый миф о содомском грехе. Он отделился от библейской первоосновы и стал жить самостоятельной жизнью. Термин “содомия” стал обозначать любые формы половых контактов, которые не были направлены на деторождение: внебрачные связи, секс между мужчинами; зоофилия; анальный коитус, поза полового акта «женщина сверху», оральный секс и др. В позднее средневековье акцент сместился в сторону гомосексуальных контактов между мужчинами.

Личный опыт христианских епископов

Величайший святой Западной Церкви — блаженный Августин — в молодости жил в Карфагене, «где всё вокруг источало негу запретной любви». В то время Августин влюбился в парня:

“сладостно было для меня любить и быть любимым, а более, когда я мог наслаждаться телом любимого человека. Я мутил источник дружбы грязью похоти и туманил ее блеск адскими желаниями” (Augustinus Hipponensis. Confessiones III, 1).

Их страстные любовные отношения продолжались год, после чего друг Августина заболел и умер. Впоследствии будущий святитель имел многочисленные отношения с парнями, но параллельно разделял ложе со своей наложницей.

Став епископом, Августин сожалел о сексуальных утехах молодости и резко отвергал возможность законных гомосексуальных отношений. Взгляды Августина на секс как на “болезненное влечение плоти” оказали существенное влияние на формирование христианского учения: вся сексуальность стала рассматриваться через призму стыда и вины.

Римское право и светские законы о мужеложестве

На рубеже IV-V веков свт. Иоанн Златоуст фактически призвал убивать мужеложников:

“Откуда вторглась эта похоть, оскорбляющая человеческую природу, наподобие врагов? Я утверждаю, что эти (мужеложники) хуже убийц, так как лучше умереть, чем жить после такого поругания… ты погубил свое существование как мужчина, ты сделал самого себя из человека не собакою, а животным более презренным, чем собака, и достоин изгнания и от мужчин и от женщин и побиения камнями”.

6 августа 390 года был издан указ, который вошел в Кодекс Феодосия (Codex Theodosianus, 9.7.6):

«Все те, кто имеет постыдную привычку обрекать мужское тело на исполнение женской роли… должны искупить свою вину в мстящем пламени на глазах у всего народа».

В законодательстве имп. Юстиниана мужеложство было объявлено «противоестественным», связано с Божьим гневом, землетрясениями и бедствиями. Его объявили преступлением, достойным смерти, поскольку государство обязано искоренять грех, а иначе пострадают «все», а не только виновные.

Антинаучные представления древних

Архаическое сознание исходило из идеи ограниченности мужского семени: его можно и нужно было использовать только для зачатия детей. Однополые отношения считались «бесплодным излиянием семени» и, следовательно, растратой жизненной силы мужчины. Поэтому их воспринимали как подрывающие мужественность, ослабляющие тело и род, а значит — как социально опасные и запретные практики:

“Человек настолько лишается жизненных сил от семяизвержения… отчего извержение материи разрушает здоровье и у организма подтачивает и уменьшает силы. Сеять позволительно только женатому… Беспорядочное выбрасывание семени, совершенно противоестественное” (Климент Александрийский. Педагог Кн. 1.10).

Кроме того, христианские учителя ошибочно ссылались на физиологию животных (зайца и гиены), чтобы табуировать некоторые сексуальные практики и позы:

“Даже животным природа не позволяет извергать семя в выход для испражнений… Всеми должно быть признано, что сама природа воспротивилась соитию мужчины с мужчиной. Недозволительно неестественное при этом положение” (Климент Александрийский. Педагог).

Борьба католической инквизиции с содомитами

С конца XV века в Европе начала рушиться старая картина мира. Для преодоления социальных фобий церковным и светским властям было важно выявлять врагов общественного спокойствия и публично их казнить. В то время “врагами народа” оказались еретики, ведьмы и содомиты. От блаж. Августина через Фому Аквинского в учении Католической Церкви закрепилось убеждение, что сексуальные акты без возможности зачатия нарушают порядок творения («против природы») и оскорбляют Божье величие. Считалось, что если общество терпит содомитов, Бог покарает всех без разбора, посылая людям землетрясения, чуму, голод и военные поражения. Казни содомитов тогда воспринимались как «защита общества».

Появление концепта сексуальной ориентации и гомосексуальности

Концепт гомосексуальности возник очень поздно — в XIX веке. Ранее отношения лиц мужского пола рассматривались совершенно иначе. Поступки, ритуалы, поцелуи, эмоциональная привязанность и даже сексуальные игры никто не воспринимал как проявление определенной сексуальной ориентации.
Тема сексуальности в Библии и творениях святых отцов рассматривается в рамках древних категорий поведения, а не современной концепции ориентации:

“чередуя утехи с утехами, занимаясь любовью с мальчиками и изменяя супругам” (Климент Александрийский. Педагог).

Общественная мораль и церковные каноны не усматривали в формах мужской дружбы и любви (кроме анального секса) ничего зазорного. Но в ХХ в. всё изменилось. Встречая любое из проявлений эмоциональной привязанности (поцелуи, объятия и т.д.), обыватели без колебаний идентифицируют происходящее с “содомским грехом”, подозревая, что проявление мужской дружбы и нежности непременно сопровождается анальным сексом (это ошибка).

Это стало катализатором гомофобии и сильно обеднило эмоциональную жизнь людей.

В XXI веке Русская Православная Церковь данную ошибку провозгласила своим официальным учением. В её “Основах социальной концепции” грех жителей Содома отождествляется не только с мужеложством, но и вообще с гомосексуальными половыми связями, а ведь это не одно и то же.

Возвращение миллионов человек в советское общество из сталинских лагерей

Массовое возвращение бывших заключённых ГУЛАГа в 1953–1960 гг. усилило гомофобию, поскольку принесло в общество тюремную сексуальную кастовую систему, связало пассивную роль в сексе с понятием «социальной смерти», усилило культ жесткой мужественности и доминирования. В результате возник советский феномен:

«гомосексуалист» — это не только человек с «неправильной сексуальностью», он «не-мужчина», недочеловек, отвратительный и опасный для общества.

Страх оказаться «внизу» вызывал отвращение к самой идее. В результате гомофобия стала частью «нормального здравого мужского сознания».

Подведем итоги

Описание гибели Содома в книге Бытия имело политическую окраску и иллюстрировало древним евреям месть Яхве за коллективное насилие и попытку изнасилования Ангелов. В книгах Нового Завета нет акцента на сексе, а отвержение Иисуса иудеями представлено как грех более тяжкий, чем у жителей Содома.

Запрет книги Левит ложиться с мужчиной, как женщиной, по всей видимости, является этно-религиозной преградой, призванной отделить иудеев от общения с окружающими племенами, где разные формы сексуального поведения практиковались в обрядах культа (включая храмовую мужскую проституцию). Это касается и запрета на переодевание в одежду другого пола, что было принято в шаманских обрядах для общения с духами иной сферы (Неба или Земли).

Со II в. н.э. в ранней Церкви усилились антисемейные тенденции. Этому способствовало распространение гностических и манихейских идей, а также монашеских идей отказа от секса. В этой атмосфере рассказ о гибели Содома стал восприниматься исключительно в сексуальном дискурсе.

Запрет на мужскую культовую проституцию в книге Второзакония для свт. Кирилла Александрийского потерял всякое религиозное значение и интерпретировался им в категориях похоти и жажды наживы.

В IV в. христианские епископы стали фантазировать, будто жители Содома имели постоянные сексуальные отношения с мальчиками. К категории содомского греха стали относить любые формы сексуальности, исключающие зачатие детей, даже сексуальную позу «наездницы» (намек на инцест Лота с дочерями).

Метафора Гераклита о соотношении природы и этики нашла оформление в трудах Аристотеля, проникла в межзаветную литературу, а затем и в книги Нового Завета. Апеллируя к “природе”, отражающей замысел Творца, святые отцы IV в. часто использовали понятие о «противоестественном» сексуальном поведении. Плохо разбираясь в физиологии животных, они черпали вдохновение из античных описаний живой природы, а также рассуждали о том, насколько “неудобны” и “неприятны” формы сексуальности в мире людей.

Инверсия социальных ролей (женщина в активной позиции или мужчина в пассивной) представлялась святым отцам Древней Церкви как величайшее зло. В центре их внимания была не однополая любовь, а смена статуса мужчины с “господствующего” на “подчиненного”.

Стыд, позор, бунт, безумие и унижение — лишь такие термины использовали епископы Древней Церкви для описания мужеложества. Их позиция стала основой для усиливающейся гомофобии в христианской Европе для последующих столетий и до наших дней. Эта же логика проявляется в тюремной практике изнасилования мужчин. В криминальных субкультурах жертва такого насилия теряет социальный статус и становится «недочеловеком», вне круга «уважаемых» заключённых. Это инструмент социального контроля и наказания.

Рассуждая о совокуплении жителей Содома, свт. Иоанн Златоуст ужасался их бунту против “природы человека”. Иоанн Златоуст сравнивал однополый секс с поведением сумасшедших, которые безумнее собак. Этот константинопольский епископ признавал содомитов достойным смерти:

эти (мужеложники) хуже убийц, так как лучше умереть, чем жить после такого поругания… ты погубил свое существование как мужчина, ты сделал самого себя животным более презренным, чем собака, и достоин изгнания и побиения камнями”.

С этих пор христианские императоры начали казнить мужеложников, страшась гнева Божия и повторения казни Содома в римской империи.

Ригоризм блаж. Августина в отношении любого секса, как “болезненного влечения плоти”, по всей видимости, был вызван его личным опытом преодоления любовной привязанности к парням. К сожалению, с подачи блаж. Августина в христианской культуре секс стал восприниматься как нечто мерзкое и постыдное. Подобно Иоанну Златоусту, Августин грозил мужеложникам Божьей карой:

“противоестественные грехи, например, содомский, всегда и везде вызывали отвращение и считались заслуживающими наказания” (Августин Иппонский. Исповедь. Книга 3).

Впоследствии гонение на содомитов усилилось католической инквизицией, которая выискивала «врагов народа» и предавала их казни.

Подобное мы видим и в истории СССР. В 1933 г. советское руководство было одержимо идеей поиска «врагов народа» и шпионов. В какой-то момент «козлами отпущения» стали гомосексуалы. Их обвиняли в создании «шпионских ячеек» и сборищ, которые «власти определили как контрреволюционные или даже гитлеровские». В 1934 г. Сталин ввел рекриминализацию мужской гомосексуальности под углом пропагандистской войны между фашизмом и коммунизмом. Максим Горький тогда провозгласил лозунг «Уничтожьте гомосексуалистов — фашизм исчезнет».

Массовое возвращение бывших заключённых ГУЛАГа также усилило отвращение к «пассивной» роли мужчины и к гомосексуальности в целом. Лагерный опыт и государственная репрессия встретились и усилили друг друга:
— государство наказывало (УК РСФСР, статья 121);
— уличная культура презирала;
— тюремная культура давала язык презрения (пассивный мужчина не партнер, а «опущенный», «неполноправный», социальный изгой).

В результате гомофобия стала частью «нормального здравого мужского сознания» российского общества.

В XXI в. Русская Православная Церковь официально отождествила гомосексуальность с содомией, порвав с библейским подходом и святоотеческой антропологией.

В создавшейся атмосфере страха россияне подозрительно относятся к любому проявлению нежности между мужчинами, что значительно обедняет эмоциональную жизнь людей.

Список литературы

1. Библейский культурно-исторический комментарий : В 2 ч. / Джон Х. Уолтон, Виктор Х. Мэтьюз, Марк У. Чавалес. — СПб. : Мирт, 2003
2. Финкельштейн И., Силберман Н. А. «Раскопанная Библия». Новый взгляд археологии, 2001
3. Хили Дан. Гомосексуальное влечение в революционной России: регулирование сексуально-гендерного диссидентства. — М.: Ладомир, 2008. — 620 с.