“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Спикеры РПЦ говорят, что общение императора Николая II и императрицы с Распутиным было

самой серьезной проблемой, затрудняющей принятие решения о канонизации царской семьи.

На заседаниях Синодальной комиссии по канонизации тщательно изучались различные вопросы, включая тему «Царская Семья и Г.Е. Распутин».

Могу предположить, что рассмотренные в данной статье свидетельства не укрылись от взгляда комиссии РПЦ. При этом непонятно, зачем было публиковать эвфемизмы, будто

“в отношении с Распутиным присутствовал элемент человеческой немощи, связанный у Императрицы с глубоким переживанием неизлечимости смертельно опасной болезни сына, а у Императора обусловленный стремлением сохранить мир в семье. Однако видеть в отношениях Царской Семьи с Распутиным признаки духовной прелести, а тем более недостаточной воцерковленности – нет никаких оснований”.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Москва. 1916. Фотограф Д. Р. Вассерман.

Поскольку в результате изучения

“государственной и церковной деятельности последнего российского императора Комиссия не нашла в этой деятельности достаточных оснований для его канонизации”,

было решено прославить царскую семью в лике страстотерпцев

Это слово “употребляется применительно к тем русским святым, которые, подражая Христу, с терпением переносили физические, нравственные страдания и смерть от рук политических противников” (Ювеналий, митрополит Крутицкий и Коломенский. Основания для канонизации Царской Семьи).

Иными словами, царская семья прославляется не за свою земную жизнь во Христе, а за христианское терпение перед смертью.

Однако профессор Московской духовной академии А.И. Осипов отмечает, что

«ни св. Патриарх Тихон, ни св. митрополит Петроградский Вениамин, ни св. митрополит Крутицкий Пётр, ни св. митрополит Серафим (Чичагов), ни св. архиепископ Фаддей, ни архиепископ Иларион (Троицкий), ни другие ныне прославленные нашей Церковью иерархи, новомученики, знавшие значительно больше и лучше, чем мы теперь, личность бывшего Царя — никто из них ни разу не высказал мысли о нём, как святом страстотерпце (а в то время об этом ещё можно было заявить во весь голос)».

По мнению проф. А.И. Осипова,

«религиозность царской четы при всей её внешне традиционной православности носила отчетливо выраженный характер интерконфессионального мистицизма».

Значит, всё же есть основания видеть

“в отношениях Царской Семьи с Распутиным признаки духовной прелести и недостаточной воцерковленности”.

Отчасти это признавал и патриарх Алексий II:

«Нет никаких оснований ставить вопрос о канонизации Григория Распутина, сомнительная нравственность и неразборчивость которого бросали тень на Августейшую фамилию будущих царственных страстотерпцев царя Николая II и его семейство».

Об этом мы и поговорим в этот раз. Заодно мы постараемся понять, насколько правдив панегирик митр. Ювеналия, будто

“все члены царской семьи жили в соответствии с традициями православного благочестия. Личное благочестие Государя проявилось в том, что за годы его царствования было канонизировано святых больше, чем за два предшествующих столетия. Множество раз в письмах Государыни говорится о духовной жизни ее и других членов Семьи”.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Протопресвитер военного и морского духовенства Георгий Шавельский в своих “Воспоминаниях” утверждал, что в последнее десятилетие старой России

«развилась крайняя, и даже болезненная форма православия, типичными особенностями которой были: ненасытная жажда знамений, пророчеств, чудес, отыскивание юродивых, чудотворцев, святых, как носителей сверхъестественной силы. От такой религиозности предостерегал Своих последователей Иисус Христос, когда дьявольское искушение совершить чудо отразил словами Св. Писания: «Не искушай Господа, Бога твоего» [Мф 4.7]  (Воспоминания. Т. 2. С. 296).

«Это было время массового гипнотического отравления. Отсюда всё нарастающее беспокойство, тревога сердца, тёмные предчувствия, много суеверий и изуверства, прелесть и даже прямой обман. Темный образ Распутина остается самым характерным символом и симптомом этой зловещей духовной смуты» – писал русский богослов протоиерей Георгий Флоровский.

Конкуренты Распутина

Влияние Григория Распутина и подобных ему «старцев» вышло за пределы Церкви и стало предметом обсуждения во всех кругах русского общества. Сами эти «старцы» – одновременно символы и симптомы тех нравственно-психологических нестроений, которые поразили Россию. Все они – своеобразные знамения эпохи. Косноязычный Митя Козельский, Василий-босоножка, монах Мардарий, скандально известный иеромонах Илиодор (Труфанов), а также целый ряд подобных им «знаменитостей» являлись активно действующими лицами русской истории начала XX столетия.

До того, как Распутин приблизился к трону, у его подножия успел побывать другой «Друг царей» – Филипп Низье (1850–1905 гг.), получивший печальную известность в качестве «лионского магнетизера», спирита, мага и предсказателя. 

Не имея медицинского образования, в течение многих лет он пытался заниматься врачебной практикой нелегально, за что был трижды судим во Франции. Филипп практиковал «оккультную медицину», в которой использовал «психические токи и астральные силы». Как казалось, он вылечил сына великой княгини Милицы и великого князя Петра Николаевича. Роман Петрович страдал от эпилепсии (во всяком случае его состояние  стабилизировалось). 

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Князь императорской крови Роман Петрович с сестрой княжной императорской крови Надеждой Петровной

Когда в 1901 г. Николай II с супругой посетили Францию, Милица и Анастасия Николаевны представили им Филиппа. Он произвел впечатление на императорскую чету и получил приглашение посетить Россию. Это был единственный случай в истории присуждения учёных степеней в России, когда

“вопреки всем законам ему дали доктора медицины от Петербургской Военно-медицинской академии и чин действительного статского советника (генерал-майора)”.

“Святой Филипп” пошел к военному портному и заказал себе военно-медицинскую форму». 

Эти принцессы-сестры были увлечены оккультными науками, мистицизмом, спиритизмом и одна из них даже исхитрилась получить в Париже диплом почетного доктора алхимии. С.Ю. Витте не называл их иначе, как «Черногорки №1 и №2», в дневниках современников их называли так: «Черногорские пауки». Лишь в 1909 г. произойдет полный разрыв между черногорскими принцессами и Распутиным, и из друзей они превратятся в лютых врагов, а, стало быть, испортятся и отношения между императорской семьей и принцессами.

Упомянутого Филиппа в царской семье называли «Другом», верили его предсказаниям и считали посланным семье «свыше». 

В 1901 г. в царской семье родилась четвертая дочь. В ожидании наследника им оставалось надеяться только на чудо.

«Раз или два в неделю, – как сообщает французский посол Морис Палеолог, – он проводил в присутствии Царя и Царицы сеансы гипноза, занимался пророчеством, опытами воплощения и черной магии. Призрак отца, Императора Александра III, им вызываемый, передавал Царю множество решений».

У императрицы, которая уже буквально страдала манией рождения мальчика, под его влиянием началась ложная беременность. После того как ее характер стал известен, Филипп не сразу потерял доверие.

Заведующий парижской и женевской агентурой П.И. Рачковский собрал на Филиппа досье, где представил его шарлатаном. Но вера царской семьи в Филиппа оказалась столь сильна, что руководителя заграничной агентуры отстранили от должности.

В 1902 г. вел. княгиня Милица Николаевна заявила вел. князю Сергею Александровичу, что лионский «магнетизер» Филипп, обещавший Николаю II и Александре Феодоровне помощь в рождении наследника, на свою деятельность имеет благословение прот. Иоанна Кронштадтского, к которому ездил в Кронштадт. Проверивший сообщение вел. князь удостоверился в том, что Иоанн Кронштадтский встречался с Филиппом лишь однажды в имении Милицы Николаевны и благословения не давал. Напротив, Иоанн Кронштадтский заявил, что лионский врачеватель «действует от духа прелести, нехороший человек, его молитвы негодны… от таких молитв плод жить не может» (Слюнькова И. Н. О пребывании на празднике в Сарове 1903 г. Царской семьи. С. 134).

Императорская семья близко общалась и с другом знахаря Филиппа – магом Папюсом (настоящая фамилия – Анкосс).

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Жерар Анаклет Венсан Анкосс (Папюс)

Это был известный французский оккультист, масон, розенкрейцер и маг; врач по образованию; основатель ордена мартинистов и член «Каббалистического ордена Розы Креста»; автор более 400 статей и 25 книг по магии и каббале; автор знаменитой системы карт Таро; видная фигура в различных оккультных организациях и парижских спиритуалистических и литературных кругах.

Посол Франции Морис Палеолог так описывает происходящее в своем дневнике:

Вторник, 21 ноября

Занятие тайными науками всегда было в почете у русских; со времени Сведенборга и баронессы Крюденер все спириты и иллюминаты, все магнетизеры и гадатели, все жрецы эзотеризма и чудотворцы встречали радушный прием на берегах Невы.

В 1900 г. воскреситель французского герметизма, маг Папюс приехал в Санкт-Петербург, где он скоро нашел усердных поклонников. В последующие годы его здесь видели неоднократно во время пребывания его большого друга знахаря Филиппа из Лиона; император и императрица почтили его своим полным доверием…

Г-жа Р., являющаяся одновременно последовательницей спиритизма и поклонницей Распутина, объясняет мне это уныние странным пророчеством, которое стоит отметить: смерть Папюса предвещает не более и не менее, как близость гибели царизма, и вот почему.

В начале октября 1905 г. Папюс был вызван в Санкт-Петербург. Император пребывал в жестокой тревоге, будучи не в состоянии выбрать между противоречивыми и пристрастными советами, которыми ежедневно терзали его семья и министры, приближенные, генералы и весь его двор. Одни доказывали ему, что он не имеет права отказаться от самодержавия его предков, и убеждали не останавливаться перед неизбежными жестокостями беспощадной реакции, другие заклинали его уступить требованиям времени и лояльно установить конституционный режим.

После краткой беседы с царем и царицей [Папюс] на следующий день устроил торжественную церемонию колдовства и вызывания духов усопших. Интенсивным сосредоточением своей воли, изумительной экзальтацией своего флюидического динамизма духовному учителю удалось вызвать дух царя Александра III, несомненные признаки свидетельствовали о присутствии невидимой тени.

Николай II задал отцу вопрос, должен он или не должен бороться с либеральными течениями, грозившими увлечь Россию. Дух ответил: «Ты должен во что бы то ни стало подавить начинающуюся революцию, но она еще возродится и будет тем сильнее, чем суровее должна быть репрессия теперь. Что бы ни случилось, бодрись, мой сын. Не прекращай борьбы».

Папюс заявил, что его логическая сила дает ему возможность предотвратить предсказанную катастрофу, но что действие его заклинания прекратится, лишь только он сам исчезнет физически. Затем он торжественно совершил ритуал заклинания.

И вот с 26 октября маг Папюс «исчез физически», и действие его заклинания прекратилось. Значит – скоро революция!…

Эта новость, говорят, повергла в уныние лиц, знавших некогда «духовного учителя», как называли его между собой его восторженные ученики” (Морис Палеолог. Дневник Посла. С. 636).

Болезни императора

Между прочим, мистики и маги имели доступ к царской семье не только ради врачевания цесаревича Алексия. Тот же посол Морис Палеолог сообщает, что врач тибетской медицины П.А. Бадмаев своими “травами” лечил самого императора: 

“Воскресенье, 19 ноября

На протяжении последних месяцев император часто страдал от приступов нервного заболевания, которое проявлялось в состоянии нездорового возбуждения, беспокойства, в потере аппетита, в депрессии и бессоннице.

Императрица не успокаивалась до тех пор, пока император не проконсультировался со знахарем Бадмаевым, хитроумным последователем монгольских колдунов. Этот шарлатан, не теряя времени, отыскал в своей рецептурной книге подходящее лекарство для своего августейшего пациента: это был эликсир, составленный из «тибетских трав» в соответствии с волшебной формулой. Каждый раз, когда император принимал это лекарство, его болезненное состояние исчезало в мгновение ока. К нему не только возвращались сон и аппетит, но он также испытывал резкое улучшение самочувствия, восхитительное возбуждение и странную эйфорию. Судя по результату воздействия, этот эликсир должен был быть смесью белены и гашиша, и императору не следовало злоупотреблять, принимая его”.

Заметим, что Петр Александрович Бадмаев, биография которого и сегодня имеет множество белых пятен, пытался оказывать влияние на политику Российской империи на Дальнем Востоке.

Указанной версии придерживался и князь Феликс Юсупов:

«царь слабел от наркотических зелий, которыми ежедневно опаивали его по наущенью Распутина».

Недуги царицы

Неполадки с головой появились у Александры Феодоровны почти сразу после венчания:

«Дорогая Аликс проснулась с головной болью, поэтому она осталась лежать в постели до 2-х» (29 января 1895 г.);

«К несчастью, у дорогой Аликс продолжалась головная боль целый день… теперь после целой недели у нее прошли головные боли!» (апрель 1895 г.).

Уже с 1984 г. она постоянно лечилась от болей в ногах, принимая серные ванны. Приступы острой боли в пояснице с «прострелами» в ноги усилились к 1899 г. На фотоснимках в руках у нее все чаще появлялась трость, а потом уже и ее саму нередко фотографировали в инвалидной коляске. 

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Рождение четырех дочерей подряд не только подорвало физические силы Александры, но и сформировало предпосылки для развития проблем, связанных с психическим здоровьем, так как череда дочерей в царской семье вызвала разочарование в обществе.

В 1903 г. в дневнике А.Н. Куропаткина упоминается, что во время болезни императрица стремилась оставаться одна и даже приход фрейлин раздражал ее. Это одно из первых мемуарных упоминаний о «раздражениях» императрицы.

Слухи о психическом нездоровье императрицы начали активно циркулировать в столице в период первой русской революции.

В дневнике Е.А. Святополк-Мирской в 1906 г. есть запись о том, что «Александра Федоровна имеет дурное влияние, она злая и ужасный характер, на нее нападают ражи, и тогда она не помнит, что делает».

Врач императрицы Евгений Боткин был убежден в истерии императрицы, на фоне которой развились различные психосоматические нарушения. Часто симптомы истерии соседствуют с клиникой, характерной для других неврозов – неврастении, ипохондрического невроза. Диагноз Боткина подтвердил и немецкий врач Тротте, не обнаруживший у императрицы серьезных изменений сердца.

Генеральша Александра Богданович в дневнике записала (24 февраля 1909 г.): «про царицу Штюрмер сказал, что у нее страшная неврастения, что у нее на ногах появились язвы, что она может кончить сумашедствием».

Осень 1912 г. тяжелейшим образом отразилась на физическом и душевном здоровье императрицы. Цесаревич Алексей был при смерти, и медики фактически заявили о своем бессилии. Но после вмешательства Григория Распутина (как считала императрица) ребенка спасли, и она впервые за несколько недель позволила себе расслабиться после неимоверного напряжения. Император в письме к матери (20 октября 1912 г.) подчеркивал, что «она лучше меня выдерживала это испытание».

Бывший министр народного просвещения Иван Толстой записал в дневнике (21 февраля 1913 г.): «молодая императрица в кресле, в изможденной позе, вся красная, как пион, с почти сумасшедшими глазами, а рядом с нею усталый наследник».

Посол Франции в России, тщательно собиравший информацию об императорской семье, Жорж Морис Палеолог записал в июле 1914 г.:

«но вскоре ее улыбка становится судорожной, ее щеки покрываются пятнами. Каждую минуту она кусает себе губы… До конца обеда, который продолжается долго, бедная женщина видимо борется с истерическим припадком».

Политический деятель Михаил Родзянко также пытался разобраться в трагедии императрицы:

«Причины такого ее душевного состояния объяснить, конечно, трудно. Но факт ее болезненного мистического и склонного к вере в сверхъестественное настроения, даже к оккультному, — вне всякого сомнения». Он добавлял, что «по мнению врачей, в высшей степени нервная императрица страдала зачастую истерическими припадками, заставляющими ее жестоко страдать, и Распутин применял в это время силу своего внушения и облегчал ее страдания… Явление чисто патологическое и больше ничего».

Этим и правда можно объяснить странную привязанность императрицы к внезапно появившемуся в царском окружении Григорию.

В результате этой в общем-то трагической для царской семьи истории за императрицей окончательно закрепляется диагноз истерички. Великий князь Александр Михайлович писал об «остром нервном расстройстве», С.Ю. Витте называет ее «ненормальной истеричной особой».

Рождение наследника

Парадоксально, но и после замершей беременности императрица не утратила  веры в Филиппа. 

В 1902 г. Филипп объявил ей, что она родит сына, если обратится к покровительству св. Серафима Саровского. Летом 1902 г. вопрос о прославлении старца был затронут на самом высоком уровне. Вот как это описывает С.Ю.Витте:

«Неожиданно Победоносцев получил приглашение на завтрак к Их Величествам. Это было неожиданно потому, что К.П. в последнее время пользовался очень холодным отношением Их Величеств. После завтрака Государь в присутствии Императрицы заявил, что он просил бы К.П. представить ему ко дню празднования Серафима указ о провозглашении Серафима Саровского святым. К.П. доложил, что святыми провозглашает Святейший Синод и после ряда исследований. На это Императрица соизволила заметить, что «Государь все может». К.П. уже вечером того же дня получил от Государя любезную записку, в которой он соглашался с доводами К.П., что этого сразу сделать нельзя, но одновременно повелевал, чтобы к празднованию Серафима в будущем году саровский старец был сделан святым. Так и было исполнено».

23 ноября 1902 г. обер-прокурор К.П. Победоносцев направил в Святейший синод предложение о прославлении Серафима Саровского, с этого момента процесс стал необратимым. После обнародования «Деяния Святейшего Синода» от 29 января 1903 г. началась подготовка к прославлению старца Серафима в лике святых. 

В июле 1903 г. царская семья, следуя совету мага Филиппа, посетила Саровскую пустынь. На средства царской семьи были сооружены рака и сень для мощей. 

За год до этого императрица прислала в Саровскую пустынь лампаду и церковные облачения с просьбой ежедневно служить молебен о ее здравии в часовне, устроенной над могилой прп. Серафима. Она была уверена, что благодаря молитвам преподобного Россия получит наследника (Витте. С. 221).

В статье “Православной энциклопедии” утверждается, что “появление на свет Алексия Николаевича предсказала блж. Параскева Саровская” (Максимова Л.Б. Алексий Николаевич / Православная энциклопедия. Т. 1. – М., 2007. С. 654-656).

Свидетели говорят об обратном.

“Во время Саровских торжеств царь и обе царицы посетили «блаженную», а по выражению императрицы Марии Феодоровны – «злую, грязную и сумасшедшую бабу», – (так выразилась Императрица Мария Феодоровна в беседе со мной в Крыму 12 ноября 1918 г.), – Пашу, которая при царе и царицах начала выкрикивать отдельные непонятные слова. Окружавшие Пашу монахини объяснили эти слова, как пророчества” (Протопрес. Георгий Шавельский. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота. Том I).

Митрополит Вениамин (Федченков) вспоминал: «Тело преподобного предалось тлению… Волосы главы и бороды седовато-рыжеватого цвета сохранились». Синод признал удовлетворительными результаты освидетельствования мощей и подготовил доклад императору. Ознакомившись с докладом, Николай II поставил следующую резолюцию:

«Прочел с чувством истинной радости и глубокого умиления».

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Император Николай II и Александра Федоровна в Дивееве. 1903

После посещения села Дивеева (Саровской пустыни) императрица забеременела в шестой раз. Эта беременность закончилась  рождением в июле 1904 г. цесаревича Алексея.

Николай II и Александра Федоровна были абсолютно убеждены в том, что рождение цесаревича Алексея есть результат чудесного влияния мага Филиппа.

Об этом свидетельствует записка, написанная царем к Милице Николаевне:

«Дорогая Милица! Не хватает слов, чтобы благодарить Господа за Его великую милость. Пожалуйста, передай каким-нибудь образом нашу благодарность и радость… Ему. Все случилось так скоро, что я до сих пор не понимаю, что произошло. Ребенок огромный, с черными волосами и голубыми глазами. Он наречен Алексеем. Господь со всеми вами. Ники».

«Ему» – это, безусловно, Филиппу. 

Царственные супруги сразу поняли, что мальчик болен гемофилией.  В сентябре 1904 г. царица больше надеется на чудо, чем на медицинскую помощь. Об этих мыслях императрицы свидетельствует ее фраза в письме от 15 сентября 1904 г.:

«Я уверена, что наш Друг оберегает тебя так же, как он берег маленького на прошлой неделе».

«Распутиниана»

1 ноября 1905 г. в дневнике царя появилась запись:

«Пили чай с Милицей и Станой. Познакомились с человеком Божиим — Григорием из Тобольской губ.».

Этому предшествовали обстоятельства, описанные протопресвитером Георгием Шавельским:

“в начале нашего столетия огромной популярностью в высших благочестивых кругах г. Петербурга пользовался инспектор СПБ Духовной Академии – архимандрит (1901–1909 г.), а потом (1909–1910 г.) ее ректор – епископ Феофан (Быстров). Большой аскет и мистик, он скоро стал известен при Дворе, где увлечение мистицизмом было очень сильно. Первою из высочайших особ близко познакомилась с отцом Феофаном великая княгиня Милица Николаевна, жена великого князя Петра Николаевича, живо интересовавшаяся всякими богословскими вопросами, затем вся семья великого князя Николая Николаевича и, наконец, чрез них царская семья…

Императрица замкнулась в семью… Но это не значит, чтобы она совершенно замкнулась в семейных интересах и не оказывала влияния на государственные дела. Последнему весьма способствовал характер Государя, как и властность самой царицы и ее великодержавные взгляды. Царь добрый, сердечный, но слабовольный, был всецело подавлен авторитетом, упрямством и железной волей своей жены, которую он, вне всякого сомнения, горячо любил и которой был неизменно верен. По складу своей натуры он не был ни мистиком, ни практиком; воспитание и жизнь сделали его фаталистом, а семейная обстановка – рабом своей жены. У него выработалась какая-то слепая покорность случаю, несчастью, в которых он неизменно видел волю Провидения.

Для Императрицы старина была дорога в мистическом отношении: она уносила ее в даль веков, к тому уставному благочестию, к которому, по природе, тяготела ее душа.

Императрице подвизаться бы где-либо в строго сохранившем древний уклад жизни монастыре, а волею судеб она воссела на всероссийском царском троне…

Но мистицизм такого рода не может обходиться без знамений и чудес, без пророков, блаженных, юродивых. И так как и чудеса со знамениями и истинно святых, блаженных и юродивых Господь посылает сравнительно редко, то, ищущие того и другого, часто за знамения и чудеса принимают или обыкновенные явления, или фокусы и плутни, а за пророков и юродивых – разных проходимцев и обманщиков, а иногда – просто больных или самообольщенных, обманывающих и себя, и других людей. И чем выше по положению человек, чем дальше он вследствие этого от жизни, чем больше, с другой стороны, внешние обстоятельства содействуют развитию в нем мистицизма, тем легче ему в своем мистическом экстазе поддаться обману и шантажу”.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Казань. 1903-1904 (?) гг. Фото А.П. Вяткиной.

“Обстоятельства и окружающая атмосфера всё больше и больше способствовали развитию в Императрице болезненного мистического настроения. Несчастья государственного масштаба и несчастья семейные, следуя одно за другим, беспрерывно били по ее больным нервам: Ходынская катастрофа; одна за другой войны (Китайская и Японская); революция 1905–1906 гг.; долгожданное рождение наследника; его болезнь, то и дело обострявшаяся, ежеминутно грозившая катастрофой, и многое другое. Императрица всё время жила под впечатлением страшной, угрожающей неизвестности, ища духовной поддержки, цепляясь за всё из мира таинственного, что могло бы ее успокоить” (протопрес. Георгий Шавельский).

Распутин приобрёл влияние на императорскую семью и прежде всего на Александру Фёдоровну тем, что помогал её сыну, наследнику престола Алексею бороться с гемофилией (несвертываемость крови). Физические страдания сына вызывали у Александры Федоровны сильнейшие боли с лицевыми спазмами, сердечными приступами и частичным параличом конечностей. 

Когда у Алексея начиналось кровотечение, грозящее гибелью и страшно мучительное, посылали за «старцем», и он какими-то шептаниями и поглаживанием больного места совершенно восстанавливал умирающего ребенка. Государь, признававшийся близким людям, что он живет «только для Алексея», и Императрица, безумно любившая своего единственного сына, были готовы на всё закрывать глаза ради сохранения надежды на его выздоровление. Врачи надежд практически не оставляли, а Распутин уверенно обещал – «пока я рядом с вами, он будет жив и здоров, когда я уйду – вы все погибните», и подтверждал свои слова чудесными исцелениями.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

По одной из гипотез, царевичу для облегчения боли могли давать аспирин, который, как стало известно лишь в середине века, разжижает кровь и категорически противопоказан гемофиликам — Распутин же настаивал на отказе от любых лекарств.

«Гемофилическое кровотечение может начаться после эмоционального стресса. Гнев, беспокойство, обида, растерянность увеличивают поток крови в самых маленьких сосудах — капиллярах. Кроме того, сейчас стало очевидным, что чрезмерные эмоции могут отрицательно влиять на плотность и упругость стенок капилляров. Это приводит к тому, что сосуды становятся более хрупкими, легко уязвимыми, и в то же время поток крови, поступающий в них, увеличивается, таким образом, вероятность кровотечения у больного гемофилией повышается. Вместе с тем существует и прямо противоположная зависимость. Многие клиницисты считают обоснованным предположение о том, что уменьшение эмоционального напряжения оказывает благотворное влияние на кровотечение. По мере того как у пациента усиливается чувство покоя и благополучия, уменьшается приток крови в капилляры» (Юрий Блиев. От гемофилии к бунту // «Медицинская газета» № 18 от 14 марта 2007г.)

Так началась “распутинщина”. 

“Спаситель сына стал восприниматься Царицей как “человек Божий”, как “благодатный «старец», каждое слово которого является дыханием Святого Духа. Императрица Александра Федоровна весь мир стала делить на две части – на друзей её «Друга» и на его врагов. В итоге «влияние Распутина на царицу было неограниченным. Тут всякое его слово было всесильно»” (протопресвитер Георгий Шавельский).

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Д.Н. Ломан, Г.Е. Распутин, кн. М.С. Путятин (справа). 1907-1908.

Враги, кто бы они ни были – председатели Совета министров, аристократы, генералы, старые друзья Государя, митрополиты, духовник царской семьи, ближайшие родственники Императора, даже мать, дядя, сестра – все изгонялись из дворца с глаз долой и, по возможности, увольнялись со службы. 

«В последние годы его набожность была своеобразной и примитивной. Распутин посещал церкви, ежедневно молился у себя на дому, а в промежутках между молитвами и религиозным беседами творил всевозможные гадости и пакости, им же несть числа. Беспутство его всем известно. Его половая распущенность была ненасытной, вакханалии были его стихией. При этом все гадости он творил не стесняясь, не скрывая их, не стыдясь их безобразия. Более того – он их прикрывал именем Божиим: „Так, мол, Богу угодно“ или „Это необходимо для усмирения плоти“. Подобные Распутину фрукты нередко вырастали на нашей девственной почве», – писал о. Георгий Шавельский.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Надпись: «Мы то мы, а вы-то ище луче. Григорий».

Причины и характер влияния Г. Распутина на императрицу отчасти раскрывает сохранившаяся записная книжка Александры Федоровны с его высказываниями, которые, по-видимому, отражают содержание их бесед. В записной книжке содержатся туманные высказывания с выпадами против архиереев, священников и монашествующих. Не без влияния Г. Распутина императрица побуждала Николая II оказывать давление на Синод, проявлять твердость в отношении архиереев, добиваясь от них безоговорочного исполнения императорских приказаний.

По мнению митр. Ювеналия, “письма императрицы показывают, что авторитет Г. Распутина был для нее в ряде случаев выше авторитета многих церковных иерархов”.

Уверен, что нужно говорить иначе: “во всех случаях”.

Позже роль других «мистических друзей» императорской семьи резко снизилась

Так в результате придворных интриг и давления на Николая II, которому секретной полицией был представлен неблагоприятный отзыв о Филиппе, «магнетизер» уехал во Францию, где умер в 1905 г.

Однако мистические настроения царя и царицы с его отъездом не исчезли, тем более что француз Филипп предсказал им появление «Божьего человека», который придет после него. Этим новым «Другом» и стал представленный самодержцу в ноябре 1905 г. Распутин.

Одновременно с Распутиным, пока тот еще не вошел в полную силу и не отстранил всех соперников, в царской же семье подвизался «блаженный» Митя косноязычный, издававший какие-то невнятные звуки, которые поклонники его «таланта» (среди них был и Вениамин (Федченков)) объясняли, как духовные вещания свыше.

Распутин и Митя Козельский несколько лет были близкими друзьями, но затем между ними вспыхнула ссора. Распутину не понравилось, что юродивый обнимал и целовал женщину из его окружения. Он обвинил Митю в «распутстве», на что тот возразил, что подражает в «умерщвлении плоти» самому Распутину.

Именно после этой ссоры Митя начал борьбу против Распутина, называя его «мошенником», однако главным мотивом ненависти было желание занять место Распутина в императорском окружении. Митя Козельский лишился устойчивого положения после того, как большое влияние набрал Григорий Распутин. По словам Илиодора, «Митю уволили в „отставку“ и даже без пенсии». Он через своих друзей при дворе начал следить за деятельностью Распутина.

Кстати, летом 1915 года было установлено негласное наблюдение за Григорием Распутиным.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

К нему под видом охраны приставили двух тайных агентов, которые передавали информацию по всем поездкам Распутина, о его посетителях в Петербургское охранное отделение.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Из-за недофинансирования тайных агентов сокращали, жалованье их снижалось.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Из переписки становится понятно, что секретным службам было не до слежки за Распутиным, «проколы» в работе случались регулярно.

Руководство секретной службы опасалось, что агенты могут передавать вымышленные, несоответствующие действительности сведения.

Важно рассмотреть и взаимодействие Распутина с архиереями.

Епископ Саратовский и Царицынский Гермоген (канонизирован РПЦ как Ермоген) был склонен доверять и оказывать поддержку таким людям, как, известный радикальными взглядами и скандальным поведением иером. Илиодор (Труфанов) и Г. Е. Распутин.

Но даже у него в 1911 г. обострился конфликт с Распутиным; прежде положительное отношение к нему архиерей изменил на прямо противоположное. 16 дек. 1911 г. Распутин был приглашен в покои Гермогена. При разговоре присутствовали иером. Илиодор и известный юродивый Д.А. Знобишин («блаженный Митя»), а также в качестве свидетелей двое священников. Ермоген запретил Распутину общаться с царской семьей и принудил поклясться в этом перед иконой. Оскорбленный Распутин послал императору и императрице телеграмму, в которой писал, что Ермоген  и Илиодор якобы пытались лишить его жизни.

Георгий Шавельский писал в воспоминаниях, что на Распутина, пытавшегося убежать во время встречи с Гермогеном, набросились

«Илиодор, Митя и ещё кто-то и, повалив, пытались оскопить его. Операция не удалась, так как Гришка вырвался».

Александр Вознесенский также утверждал, что Митя «пытался вместе с безумным Гермогеном кастрировать Распутина» (Вознесенский А.Н. V. Суды. Следственные комиссии. Митя Козельский — враг Распутина. С. 36).

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Григорий Распутин, епископ Гермоген и иеромонах Илиодор, 1908 г.

Распутин долго не мог избавиться от страха перед Митей. Илиодор в одном из своих писем (от 25.01.1912 г.) сообщал, что Распутин некоторое время твердил: «Митю нужно прибрать». Он добился, чтобы Митю вновь отправили в Козельск. В свою очередь Митя Козельский, опасаясь мести со стороны «старца», понимал, что вынужден на время «исчезнуть». Морис Палеолог писал про него 30 мая 1915 года:

«В настоящее время он живёт среди небольшой тайной секты и ждёт своего часа».

После Февральской революции Митя говорил об Александре Фёдоровне:

«Во всём мамка виновата! Папка молился, а мамка виновата, казнить меня за Гришку хотела, а Гришка — чорт! Чорт, чорт!», и одновременно изображал двумя пальцами рога над своей головой.

Кстати, среди канонизированных Церковью святых можно привести и мнение блаж. Параскевы Саровской.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

По легенде, “если блаженная Паша была чем-либо или кем-либо недовольна, то часто колотила таковых своей палкой. «В эти годы многие приезжали в Саров и Дивеево. Приезжал и Распутин со свитой — молодыми фрейлинами. Сам он не решился войти к Прасковье Ивановне и простоял на крыльце, а когда фрейлины вошли, то Прасковья Ивановна бросилась за ними с палкой со словами: “Жеребца вам стоялого”, они только каблучками застучали” (Воспоминания монахини Серафимы (Булгаковой). С. 396).

Переписка Николая и Александры. Избранное

Степень влияния царицы на принятие государственных и церковных решений показывает её переписка с царем.

Близкая подруга императрицы баронесса Софья Буксгевден писала, что до Первой мировой войны

«императрица едва затрагивала в своих письмах вопросы политики».

Вместе с тем заметим, что в то время “Другом” царской семьи был Филипп Низье. 

22 июля 1902 г. царица послала Николаю II, который в это время был в Ревеле на встрече с кайзером Вильгельмом, следующее наставление:

«наш дорогой друг поможет тебе ответить на вопросы Вильгельма. Будь дружественным, но строгим».

Позже в переписке с Николаем II она неоднократно упоминала Распутина, тогда это было связано только с духовной сферой:

«Мое милое сокровище… Молитвы Гр. охраняют тебя в твоем путешествии, его заботам я предаю тебя» (6 октября 1909 г.).

Переписка 1915-1916 гг. свидетельствует, что Александра Федоровна прислушивалась к оценкам и советам Распутина, часто опиралась на его авторитет в своих рекомендациях или даже предписаниях мужу, который порой, как, например, 10 ноября 1916 г., даже вынужден был просить «не вмешивать нашего друга» в политику. При этом в своих письмах Александра Федоровна подчас уподобляла Г. Распутина магу-медиуму Филиппу.

Александра 10 июня 1915 года, Царское Село 

…Если б ты только мог быть строгим, мой родной, это так необходимо… Они должны научиться дрожать перед тобой. Помнишь, мистер Филипп и Григорий говорили то же самое. Ты должен просто приказать, чтобы то или иное было выполнено, не спрашивая, исполнимо это или нет .

… Слушайся нашего Друга, верь ему, его сердцу дороги интересы России и твои. Бог недаром его нам послал, только мы должны обращать больше внимания на его слова — они не говорятся на ветер. Как важно для нас иметь не только его молитвы, но и советы! 

Императрица верила в чудодейственную силу подаренных Филиппом и Распутиным вещей. На языке магии речь идет об амулетах (от араб. hamulet — “то, что носят при себе”) — предметах, способных охранять его владельца от бедствий. Кстати, магизм – это ложная вера в возможность человека овладеть сверхъестественными и естественными (природными) силами с помощью заклинаний и ритуалов, манипулировать этими силами и подчинить их себе.

Александра 16 июня 1915 года, Царское Село

Мой любимый! Враги нашего Друга — наши враги… На России не будет благословения, если ее государь позволит подвергать преследованиям Божьего человека, я в этом уверена. Скажи ему строго, твердым и решительным голосом, что ты запрещаешь всякие интриги или сплетни против нашего Друга, иначе ты его не будешь держать.

Господь нам никогда не простит нашей слабости, если мы дадим преследовать Божьего человека и не защитим его. Не слушай других, а только твою душу и нашего Друга.

Береги себя, малютка мой

Наш первый Друг [мистер Филипп] дал мне икону с колокольчиком, который предостерегает меня от злых людей и препятствует им приближаться ко мне. Я это чувствую и таким образом могу и тебя оберегать от них…

Это не по моей воле, а Бог желает, чтобы твоя бедная жена была твоей помощницей. Григорий всегда это говорил, мистер Филипп тоже.

“Александра 23 августа 1915 года, Царское Село

Мой родной, бесценный! Не забывай расчесывать волосы перед всяким трудным разговором или решением — эта маленькая гребенка принесет помощь”.

Александра 9 сентября 1915 года, Царское Село

Моя икона с колокольчиком (1911 г.) действительно научила меня распознавать людей. Сначала я не обращала достаточного внимания, не доверяла своему собственному мнению, но теперь убедилась, что эта икона и наш Друг [Филипп] помогли мне лучше распознавать людей. Колокольчик зазвенел бы, если б они подошли ко мне с дурными намерениями; он помешал бы им подойти ко мне… За ними надо усиленно наблюдать.

А ты, дружок, слушайся моих слов, — это не моя мудрость, а особый инстинкт, данный мне Богом помимо меня, чтобы помогать тебе.

Далее мы видим примеры вмешательства царицы в кадровую политику государства и в дела Святейшего Синода.

“Александра 7 сентября 1915 года, Царское Село

Мы не конституционная страна и не смеем ею быть. Наш народ для этого необразован и не готов. Слава Богу, наш император самодержец, и должен оставаться таким, как ты это и делаешь, — только покажи больше силы и решимости! …я хочу поставить свечки и помолиться за тебя, мой бедный многострадальный Иов.

Вот тебе, дружок, список имен лиц (очень, к сожалению, небольшой), которые могли бы быть кандидатами на место Самарина [обер-прокурор Святейшего синода].

Он посылал за Варнавой, оскорблял и бранил при нем нашего Друга, сказал, что Гермоген был единственный честный человек, потому что не боялся говорить правду про Григория, и за это был заключен, и что он, Самарин, желает, чтобы В. пошел к тебе и сказал бы тебе всю правду о Григории… Ты видишь теперь, что он не слушает твоих слов — совсем не работает в Синоде, а только преследует нашего Друга. Это направлено против нас обоих… Он должен быть уволен. Вот тебе: Хвостов (министр юстиции) — очень религиозный, знающий церковь, сердечный и преданный тебе человек. Гурьев (директор Канцелярии Синода) — очень честный, давно служит в Синоде (любит нашего Друга). 

Какие мои письма к тебе скучные! 

Александра 8 сентября 1915 года, Царское Село

Я нахожу, что этих двух епископов надо немедленно выгнать из Синода. Пусть Питирим займет там место, так как наш Друг боится, что Н. будет его преследовать, если узнает, что П. почитает нашего Друга. Найди других, более достойных, епископов. Забастовка Синода в такое время ужасно непатриотична и нелояльна. Почему они во все это вмешиваются? Пусть они теперь поплатятся за это и узнают, кто их повелитель… Посмотри в моем письме, дней пять тому назад, я назвала тебе одного, которого рекомендует наш Друг. Только все это надо сделать поскорее, тогда и результаты будут лучше… Скорей смени министров. Насчет известий с войны наш Друг пишет следующее: «Не ужасайтесь, хуже не будет, чем было, вера и знамя обласкает нас». Ангел мой, мне так грустно надоедать тебе каждый день, но я не могу иначе.

Александра 9 сентября 1915 года, Царское Село

Агафангел так плохо говорил. Его следует послать на покой и заменить Сергием Финляндским, который должен покинуть Синод. Никона надо тоже выгнать из Государственного совета, где он членом, и из Синода, — у него, кроме того, на душе грех Афона. В этом Суслик совершенно прав, — надо дать Синоду хороший урок и строгий реприманд за его поведение. Поэтому скорее убери Самарина. Каждый день, что он остается, он приносит вред. Это не женская глупость. Потому-то я так ужасно плакала, когда узнала, что тебя заставили в Ставке его назначить, и я написала тебе о своем отчаянии, зная, что Н. предложил его потому, что он враг Григория и мой, а следовательно и твой.

Александра 11 сентября 1915 года, Царское Село

Митрополит назвал твою телеграмму «глупой», такая дерзость не должна быть терпима. Ты должен действовать метлой и вымести всю грязь, накопившуюся в Синоде. Весь этот шум из-за В. только для того, чтобы трепать имя нашего Друга в Думе. Когда С. принимал эту должность, он заявил своей партии в М., что соглашается исключительно только с целью избавиться от Григория… они утверждают, что ты не можешь уволить С., но ты это сделаешь, — а также и тех епископов, которые сидели там и глумились над твоими приказаниями… когда нужно произвести перемены, чтобы избавиться от дальнейших безобразий и грязи, как теперь в Синоде под предводительством этого так называемого «джентльмена» Самарина, — я прихожу в ярость и умоляю тебя поторопиться… Покажи им кулак, покажи, яви себя государем! Ты — самодержец, и они не смеют этого забывать, а если они это делают, как теперь, то горе им!

Александра 12 сентября 1915 года, Царское Село

Они не смеют употреблять слово «конституция» и только подкрадываются к нему. Воистину это было бы гибелью России и, как мне кажется, изменой твоей коронационной присяге, ведь ты, слава Богу, самодержец!

… Он просил меня сказать Варнаве, чтобы тот не появлялся в Синоде. Но он им все сказал и на все ответил, — большие скоты, я не могу их иначе назвать. Твой приезд сюда будет карательной экспедицией… Все министры никуда не годятся… все-таки, мой дорогой, вспомни, что ты немного медлителен, а тянуть время никогда не хорошо.

Александра 17 сентября 1915 года, Царское Село

Ну, дружок, с этими министрами ничего не поделаешь! И чем скорее ты их переменишь, тем будет лучше. На место Щ. возьми Хвостова, а вместо Самарина я рекомендую… Швецова, хотя, конечно, не знаю, считаешь ли ты возможным, чтобы бывший военный занимал место обер-прокурора Священного синода? Он… очень верующий и безгранично предан (называет нашего Друга отец Григорий) и хорошо о Нем отзывался, когда видел Его и имел случай говорить о Нем

Николай 18 сентября 1915 года, Могилев

Месяц это много. Странно, как точно наш Друг предвидел срок, который я буду отсутствовать: «Месяц проведешь там, а потом вернешься».

Александра 20 сентября 1915 года, Царское Село

Какая чудная телеграмма от нашего Друга, и какое мужество она придаст тебе! Конечно, как только С. уйдёт, необходимо будет удалить некоторых членов Синода и назначить новых.

Александра 14 марта 1916 года, Царское Село

Синод намерен подать тебе ходатайство об учреждении в России семи митрополий. Владимир очень стоит за это, но наш Друг просит тебя на это не соглашаться, так как теперь, конечно, не время для этого, и мы едва можем найти трех приличных особ, подходящих на эти места.

Александра 19 июля 1916 года, Царское Село

Я весьма сожалею, что тебя уговорили назначить митрополита Владимира в летнюю сессию Синода — на этом месте следовало бы быть Питириму, Владимиру — место в Киеве, он за последние месяцы прожил там всего неделю. Он вредит нашим во всем.

Александра 7 сентября 1916 года, Царское Село

Хоть я и очень устала, все же хочу начать письмо сегодня же вечером, чтоб не позабыть того, что наш Друг мне сказал. Я передала Ему твой привет, и Он шлет тебе свой привет и говорит, чтоб ты не беспокоился: все пойдет хорошо… Штюрмер хочет предложить на пост министра внутренних дел князя Оболенского, но Григорий убедительно просит назначить на этот пост Протопопова. Ты знаешь его, и он произвел на тебя хорошее впечатление, — он член Думы (не левый), а потому будет знать, как с ними себя держать. Эти мерзкие люди собрались и постановили, чтоб Родзянко отправился к тебе и просил сменить всех министров и назначить их кандидатов, — дерзкие скоты. Мне кажется, что ты не мог бы ничего сделать лучше, как назначив его. Уже по крайней мере четыре года, как он знает и любит нашего Друга, а это много говорит в пользу человека… Я верю в мудрость и руководство нашего Друга. 

Уже четыре месяца, как мы не спали вместе, — даже больше. Дай Бог сил мне быть тебе помощницей и чтобы убедить тебя в том, что желательно для нашего Друга и для Бога!  

Александра 12 октября 1916 года, Могилев

Как бы я хотела, чтоб ты приехал хотя бы только на два дня, только чтоб получить благословение нашего Друга! Это придало бы тебе сил. Я знаю, что ты храбр, терпелив, но все же ты человек, и Его прикосновение к твоей груди очень бы утешило твои горести и даровало бы тебе новую мудрость и энергию свыше. Это не пустые слова, но глубочайшее мое убеждение… я слишком хорошо знаю и верю в успокоение, которое наш Друг способен дать, а ты утомлен морально, тебе не удается скрыть это от старой женушки!

Александра 10 ноября 1916 года, Царское Село

Любимый мой, ненаглядный! Вечером наш Друг зайдет на часок, чтоб проститься… Он думает, что тебе следует иметь другого министра путей сообщений… Не подойдет ли Валуев? Это чрезвычайно преданный, хороший человек (давно знает нашего Друга и любит Его). Давай выберем министра иностранных дел вместе… Уже три ночи я прекрасно сплю — какое это благо, тогда голова свежее (спасибо нашему Другу).

Александра 4 декабря 1916 года, Царское Село

Еще немного терпенья и глубочайшей веры в молитвы и помощь нашего Друга, и все пойдет хорошо! Покажи всем, что ты властелин, и твоя воля будет исполнена. Миновало время великой снисходительности и мягкости, — теперь наступает твое царство воли и мощи! Они будут принуждены склониться перед тобой и слушаться твоих приказов, и работать так, как и с кем ты назначишь. Их следует научить повиновению. Смысл этого слова им чужд: ты их избаловал своей добротой и всепрощением. Почему меня ненавидят? Потому что им известно, что у меня сильная воля и что, когда я убеждена в правоте чего-нибудь (и если меня благословил Григорий), я не меняю мнения, и это невыносимо для них. Но это — дурные люди.

Вспомни слова мистера Филиппа, когда он подарил мне икону с колокольчиком. И наш дорогой Друг так усердно молится за тебя — близость Божьего человека придает силу, веру и надежду, в которых так велика потребность. Дела начинают налаживаться — сон нашего Друга так знаменателен!

Александра 14 декабря 1916 года, Царское Село

Трепов поступил очень неправильно, отсрочив Думу с тем, чтобы созвать ее в начале января… Любимый мой, наш Друг просил тебя закрыть ее 14-го…

Будь Петром Великим, Иваном Грозным, императором Павлом — сокруши их всех — не смейся… я страстно желала бы видеть тебя таким по отношению к этим людям, которые пытаются управлять тобою, тогда как должно быть наоборот.

Одни — гнилое, слабое, безнравственное общество, другие — здоровые, благомыслящие, преданные подданные — их-то и надо слушать, их голос — голос России, а вовсе не голос общества или Думы.

Вспомни, даже мистер Филипп сказал, что нельзя давать конституции, так как это будет гибелью России и твоей, и все истинно русские говорят то же. Несколько месяцев тому назад я сказала Штюрмеру о том, что Шведов должен быть членом Государственного совета. Назначь его и славного Маклакова — они смело будут стоять за нас. Знаю, что мучаю тебя, ах, разве я не стала бы гораздо, гораздо охотнее писать только письма, полные любви, нежности и ласки, которыми так полно мое сердце! Но мой долг — долг жены, матери и матери России — обязывает все говорить тебе — с благословения нашего Друга.

Реакция общества на деятельность мистиков в окружении императора

В отличие от большинства своих предшественников последний самодержец был мистически настроенным человеком, верившим в рок и судьбу. Символичен рассказ, сообщенный послу Франции в России М. Палеологу министром иностранных дел С. Д. Сазоновым. В разговоре с П.А. Столыпиным государь якобы сказал ему о глубокой уверенности в собственной обреченности на страшные испытания, сравнив себя с Иовом Многострадальным.

Чувство обреченности, одними славословимое и принимаемое за абсолютную покорность судьбе, другими – осуждаемое и принимаемое за слабохарактерность, отмечалось многими современниками Николая II.

Генерал Киреев не на шутку беспокоился, что религиозные взгляды царицы,

«разделяемые, конечно, и царем, могут нас повести к гибели. Это какое-то смешение безграничного абсолютизма, – полагал генерал, – основанного, утвержденного на богословской мистике! При этом пропадает всякое понятие об ответственности. Все, что нами совершается, совершается правильно, законно… так как другие (наш народ, Россия) отошли от Бога, то Бог нас карает [за] ее грехи. Мы, стало быть, не виновны, мы тут ни при чем, наши распоряжения, наши действия все хороши, правильны, а если их Бог не благословляет, то виноваты не мы! Ведь это ужасно!»

Характерно отношение царицы к российским иерархам. Еще перед войной царица говорила своему духовнику:

«Он (Распутин) совсем не то, что наши митрополиты и епископы. Спросишь их совета, а они в ответ: «Как угодно будет вашему величеству!» Ужель я их спрашиваю затем, чтобы узнать, что мне угодно? А Григорий Ефимович всегда свое скажет настойчиво, повелительно».

Протопресвитер Георгий Шавельский писал: “Чтобы предупредить опасность, она собирается править жезлом железным, причем жезл ее обрушится на всех не согласных с нею, которых она считает крамольниками и бунтовщиками. Она уже верит только своему окружению, возглавляемому Распутиным, а других относит к своим врагам, не отличая таким образом действительных крамольников от мнимых и причисляя к первым иногда самых верных слуг царя и Родины. Царица постепенно всё дальше отходит от высшего общества, которое она считает маловерным, осуетившимся, пустым и прогнившим».

Влияние императрицы сказывалось и на царской семье

“Императрица доминировала в семье. Весь уклад, весь строй жизни последней сложился по ее взглядам, по ее вкусу и дальше шел по определяемому ею направлению. Семья царская жила замкнуто, почти не общаясь даже с семьями императорской фамилии, избегая столь обычных раньше при Дворе развлечений и удовольствий: придворных балов, выездов и торжественных приемов, кроме самых неизбежных, в последнее время совсем не бывало. Жизнь царицы заполнялась главным образом семейными интересами и мистическими переживаниями…

Подчиняясь покорно всяким несчастьям, царь подчинился и влиянию своей жены, избранной для него его отцом, привык к ней и даже в очень значительной степени усвоил ее религиозное настроение. Если разные «блаженные», юродивые и другие «прозорливцы» для Императрицы были необходимы, то для него они не были лишни. Императрица не могла жить без них, он к ним скоро привыкал. Скоро он привык и к Распутину.” — вспоминал протопресв. Г. Шавельский.

Родная сестра царицы — преподобномученица Елисавета Феодоровна — в письмах имп. Николаю II утверждала, что Г.Е. Распутин пребывает «в духовной прелести».  Французский посол Морис Палеолог ещё в 1914 г. отмечал:

«главный предлог их расхождения заключается в Распутине. В глазах Елизаветы Федоровны — Григорий не более, как похотливый и святотатственный обманщик, посланец сатаны»  (Морис Палеолог. Царская Россия во время мировой войны. гл. VI)

О возрастающей напряженности между царицей и сестрой свидетельствует, например, письмо императрицы от 16 июня 1915 г.:

«Да, любимый, относительно Самарина я более чем огорчена, я прямо в отчаянии он из недоброй, ханжеской клики Эллы, лучший друг Соф. Ив. Тютчевой и епископа Трифона [Туркестанова]. Он всегда говорил и теперь продолжает говорить в войсках против нашего Друга. Теперь опять начнутся сплетни насчет нашего Друга, и все пойдет плохо. Я горячо надеюсь, что он не примет предложения — ведь это означает влияние Эллы. Он будет работать против нас, раз он против Гр. — Кроме того, он такой ужасно узкий, настоящий москвич — ум без души».

Из дневника императора:

30 ноября. Среда…. Элла приехала из Москвы…..

1 декабря. Четверг… Обедали в 7 1/2 , так как Элла должна была поспеть на поезд….

Встреча не увенчалась успехом, была очень короткой и оказалась последней в жизни сестер.

По воспоминаниям князя Ф. Юсупова,

«великая княгиня Елизавета Федоровна приехала переговорить с сестрой. После того ожидали мы ее у себя. Сидели как на иголках, гадали, чем кончится. Пришла она к нам дрожащая, в слезах. «Сестра выгнала меня, как собаку! – воскликнула она. – Бедный Ники, бедная Россия!»

Поэтому странным выглядит то, что Александра Федоровна пишет Николаю II в ставку 5 декабря 1916 г. — всего через несколько дней после неудачной встречи с сестрой:

«Милый, верь мне, тебе сле­дует слушаться советов нашего Друга. Он так горячо денно и нощно молится за тебя. Он охранял тебя там, где ты был, только Он, — как я в том глубоко убеждена и в чем мне удалось убедить Эллу».

Нет, императрице вовсе не удалось «убедить Эллу» в том, что только Распутин, а не Господь Бог охраняет царя, самообман это был или что-то иное — неизвестно.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Элла и Аликс с Николаем II. 1898 г.

Что на самом деле думала и чувствовала тогда Елизавета Федоровна мы узнаём от нее самой:

«Дражайший Ники… я никогда не лгала тебе… Я высказала Алике все свои страхи, тревогу, переполнявшую мое сердце — словно большие волны захлестывали всех нас,— и в отчаянии я устремилась к тебе. Я люблю так преданно, что предупреждаю тебя: все сословия, от низших до высших, и даже те, кто сейчас на войне, дошли до последней черты… Она велела мне не говорить с тобой, поскольку я уже тебе писала, и я уехала с таким чув­ством — встретимся ли мы еще когда вот так? Какие еще трагедии могут произойти, какие страдания нас ждут?» (29.12.1916 г.).

Вспомним и про вдовствующую царицу. Постепенно отношения между свекровью и невесткой ухудшались и ухудшались. И в конце концов дело доходит до полного разрыва. Мария Федоровна в своем последнем перед революцией дневнике, в 1916-м году, называет Александру Федоровну только «фурия». «Эта фурия» — она не может даже ее имени написать…

Публикации антираспутинских  материалов

Первые антираспутинские статьи были написаны не врагами Церкви и трона, а мучеником Михаилом Новоселовым и убежденным монархистом, другом царя Л.А. Тихомировым и появились в “Московских ведомостях” в 1910 г. 

Вот что писал, например, один из замечательных людей первой половины ХХ-го века, непосредственный очевидец и участник многих событий того времени митрополит Вениамин (Федченков):

“постепенно начали вскрываться некоторые стороны против Распутина. Епископ Феофан и я увещевали его изменить образ жизни, но это было уже поздно, он шел по своему пути. Епископ Феофан был у царя и царицы, убеждал их быть осторожными в отношении Г[ригория] Е[фимовича Распутина], но ответом было раздражение царицы… Потом выявились совершенно точные, документальные факты, епископ Феофан порвал с Распутиным. По его поручению я дал сведения для двора через князя О., ездил к другим, но нас мало слушали, он был сильнее” (На рубеже двух эпох. С. 142).

Духовный писатель, публицист и издатель Михаил Новосёлов (канонизирован как мученик) в марте 1910 г. поместил в газете «Московские ведомости» две статьи, где прямо называл Распутина эротоманом и хлыстом, ссылаясь на частное мнение «одного архиепископа» (возможно, имелся в виду архиеп. Антоний (Храповицкий), высказывавшийся в этом духе в письме к Ф. Д. Самарину), и выражал удивление по поводу молчания Синода о нем.

Здесь впервые публично, за полной подписью, со стороны православного и монархиста, человека известного и авторитетного, было брошено обвинение церковной власти в малодушии, «позорном и преступном».

24 января 1912 г. в газете «Московские ведомости» появилась петиция «Святейший Синод и епископ Гермоген: Голос мирян». В петиции выражалось недоумение по поводу удаления с кафедры еп. Саратовского и Царицынского Ермогена (Долганёва), который был подвергнут прещениям, как считали авторы петиции, за противодействие Распутину (Моск. ведомости. 1912. № 19. 24 янв.). В тот же день в газете «Голос Москвы» появилась статья Михаила «Голос православного мирянина: Письмо в редакцию». Автор вопрошал:

«Доколе, в самом деле, Святейший Синод, перед лицом которого уже несколько лет разыгрывается этим проходимцем (Распутиным) преступная трагикомедия, будет безмолвствовать и бездействовать?» И далее: «Быть может, ему недостаточно известна деятельность Григория Распутина? В таком случае прошу прощения за негодующее, дерзновенное слово и почтительно предлагаю высшему церковному учреждению вызвать меня для представления данных, доказывающих истинность моей оценки хитрого обольстителя».

Эти данные, а также антираспутинские статьи Михаил объединил в сборник «Распутин и мистическое распутство» (М., 1912).

Отпечатанные экземпляры книги были конфискованы так же, как был конфискован и тираж «Голоса Москвы» от 24 янв. 1912 г. (Половинкин С.М. Новосёлов Михаил. С. 591)

Протопресвитер Владимир Востоков также выступал в печати и публиковал в своем журнале материалы против «темных сил», олицетворявшихся, по его мнению, в Г. Е. Распутине, с которым он был лично знаком с 1902 г.  После назначения в июле 1915 г. обер-прокурором Синода А.Д. Самарина в изданиях Владимира Востокова регулярно публиковались материалы, направленные против Распутина. 2 сент. 1915 г. он подал прошение на имя министра внутренних дел, в котором предлагал публично осудить Распутина (Знатнов А. В. Востоков Владимир.  С. 471)

Распутин же продолжал восходить 

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
В тюменской больнице после покушения. Июль-август 1914: «Неведомо что с нами утре   Григорий».

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»

Санкт-Петербург, квартира проживания Г. Е. Распутина. Между 9 и 22 марта 1914.В 1915 г. митр. Владимир (Богоявленский) добился аудиенции у имп. Николая II, на которой высказал протест против произвольных перемещений архиереев и влияния на внутрицерковную жизнь посторонних лиц, в частности Г.Е. Распутина. Этот разговор привел к охлаждению отношений святителя с императором и императрицей. 23 нояб. 1915 г. последовал указ о переводе Владимира в Киев.

В это время не только царица благоговела перед Распутиным, но и царь подпадал под обаяние его «святости». Рассказывали, что, отъезжая из Царского села в Ставку, Государь всякий раз принимал благословение Распутина, причем целовал его руку. Распутин стал как бы обер-духовником царской семьи. После краткой, в течение нескольких минут, исповеди у своего духовника, на первой неделе Великого поста 1916 г., Государь более часу вел духовную беседу со «старцем» Григорием Ефимовичем. 

В августе или сентябре 1916 г. генерал Алексеев однажды прямо сказал Государю:

– Удивляюсь, ваше величество, что вы можете находить в этом грязном мужике!

– Я нахожу в нем то, чего не могу найти ни в одном из наших священнослужителей.

Духовник их величеств прот. А.П. Васильев

“не отрицал ни близости Распутина к царской семье, ни его огромного влияния на царя и царицу, но объяснял это тем, что Распутин, действительно, – человек отмеченный Богом, особо одаренный, владеющий силой, какой не дано обыкновенным смертным, что поэтому и близость его к царской семье и его влияние на нее совершенно естественны и понятны. О. Васильев не называл Распутина святым, но из всей его речи выходило, что он считает его чем-то вроде святого.

Характерный диалог приводит протопр. Георгий Шавельский:

– Но ведь он же известный всем пьяница и развратник. Слыхали же, наверное, и вы, что он – завсегдатай кабаков, обольститель женщин, что он мылся в бане с двенадцатью великосветскими дамами, которые его мыли. Верно это? – спросил я.

– Верно, – ответил о. Васильев. – Я сам спрашивал Григория Ефимовича: правда ли это? Он ответил: правда. А когда я спросил его: зачем он делал это, то он объяснил: «для смирения… понимаешь ли, они все графини и княгини и меня грязного мужика мыли… чтобы их унизить».

– Но это же гадость. Да и кроме того: постоянное пьянство, безудержный разврат – вот дела вашего праведника. Как же вы примирите их с его «праведностью»? – спросил я.

– Я не отрицаю ни пьянства, ни разврата Распутина, – ответил о. Васильев, – но… у каждого человека бывает свой недостаток, чтобы не превозносился. У Распутина вот эти недостатки. Однако, они не мешают проявляться в нем силе Божией.

… В книге рукою Императрицы цветным карандашом были подчеркнуты места, где говорилось, что у некоторых святых юродство проявлялось в форме половой распущенности. Дальнейшие комментарии излишни”.

“Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Ч.3 Святой царь и «святой чёрт»
Фотография сделана в квартире на Английском проспекте. Зима 1913-1914 гг.

Княгиня М.К.Тенишева в своих “Воспоминаниях” весьма резко описывает атмосферу тех дней:

«До чего мы дожили! Религия поругана, духовенство запугано, ум, способности людей обесценены, отброшены, как ненужный хлам, и на поверхность всплывают одни авантюристы за другими…» 

«Да разве это вера, да разве это православие? Забыли, что Христос изгонял бесов, не потворствовал кликушеству, а исцелял одержимых и тут же пресекал зло. Забыли и предостережения о лжепророках. Все забыли… Такое духовенство или само неверующее, продажно, или же оно невежественно в делах веры, слепо и не ведает, что творит. Во всяком случае, и те и другие одинаково преступны, как перед своим саном, церковью, так и перед русским православным народом. Они, несомненно, служат орудием какой-то адской подпольной махинации для уничтожения монархии и православия в России…

Участницами этого негодяя замешаны матери семейств, вдовы и девицы всех сословий и общественных положений. Все это сбившиеся с истинного пути психопатки. Мужья, отцы и близкие должны были давно уже принять самые радикальные меры для искоренения подобного зла в самом зародыше его возникновения и не дать этому грандиозному скандалу разрастись в вопрос государственной важности. Но они попустительствуют этому постыдному делу, в семьях этих заблудших не нашлось никого, кто бы оградил такое существо от омерзения. Наоборот, это поощряется, и вокруг хлыстовского ядра происходит нарастание всевозможных льстецов, предателей и продажных людей без совести, преследующих исключительно своекорыстные цели: и пролезающих за взятки через всесильного Распутина на разные ответственные и прибыльные места. Какая вакханалия, разнузданность, а главное, какой позор!…

Утром газеты принесли нам следующую новость: «Убийство Григория Распутина!» Слава Всевышнему! Довольно, наконец, позора, довольно унижения, пережитого с той минуты, как на чью-то потеху завелся на верхах этот порочный фетиш!»». 

Один из убийц и организаторов преступления был князь Феликс Юсупов. По его мнению, Распутин получил фактически неограниченную власть:

«назначал и увольнял министров и генералов, помыкал епископами и архиепископами…». «После всех моих встреч с Распутиным, всего виденного и слышанного мною, я окончательно убедился, что в нем скрыто все зло и главная причина всех несчастий России: не будет Распутина, не будет и той сатанинской силы, в руки которой попали Государь и Императрица» –  вспоминал князь Феликс Юсупов.

Великий князь Николай Михайлович писал Марии Федоровне:

«Убит гипнотизер, теперь очередь за загипнотизированной, она должна исчезнуть».

После убийства Распутина преподобномученица Елисавета Феодоровна написала:

“я молилась… и имя этого несчастного [Г. Распутина] было в помяннике, чтобы Бог просветил его и… Возвращаюсь и узнаю, что Феликс убил его, мой маленький Феликс, кого я знала ребенком, кто всю жизнь боялся убить живое существо и не хотел становиться военным, чтобы не пролить крови. Я представила, через что он должен был переступить, чтобы совер­шить этот поступок, и как он, движимый патриотизмом, решился избавить своего государя и страну от источника бед… Это, будучи особого рода, может быть сочтено дуэлью и делом патриотизма… Может, ни у кого не достало смелости сказать тебе, что на улицах города, и не только там, люди цело­вались, как в пасхальную ночь, в театрах пели гимн, все были захвачены единым порывом — наконец черная стена между нами и нашим государем исчезла, наконец все мы услышим, почувствуем его таким, каков он есть. И волна сострадательной любви к тебе всколыхнула все сердца. Бог даст, ты узнаешь об этой любви и почувствуешь ее, только не упусти этот великий момент, ведь гроза еще не кончилась и вдалеке раздаются громовые рас­каты. 

Пусть в новом, 1917 году тучи развеются, солнце воссияет над всей любимой Россией, победы, внешние и внутренние, принесут славный мир тебе, нашему возлюбленному государю, всем-всем твоим подданным и мне, одной из них.

Твоя преданная сестра Элла”.

После этого отношения между Елисаветой Феодоровной и имп. Александрой Феодоровной прекратились.

После убийства Распутина газета «Русское слово» (от 21.12.1916 г., № 224. С. 2) разместила интервью «Епископ Гермоген о Распутине»:

«Вчера наш сотрудник посетил в подмосковном Николо-Угрешском монастыре опального епископа Гермогена, бывшего епископа саратовского, и имел с ним беседу о Григории Распутине.

— Несмотря на то, что именно по ложному доносу Распутина меня уволили на покой, — заявил епископ Гермоген, — я, тем не менее, разумеется искренно жалею о случившемся с ним. Во-первых, как христианин, я вообще не могу сочувствовать насильственному лишению жизни кого бы то ни было. А во вторых, вообще к чему это? Ведь, убийство, деморализуя чувства людей, может дать толчок и к дальнейшим подобным расправам.

Между тем, мне кажется, что влияние Распутина, все равно, должно было сойти на нет. Его пьянство, его развратный образ жизни, несомненно должны были создать, в конце-концов, отрицательное к нему отношение даже со стороны самых ярых его поклонников и поклонниц.

Кто виноват в том, что Распутин вознесся на такую высоту, что его тлетворное влияние отзывалось всюду?

Каюсь: прежде всего виноваты мы, представители высшего духовенства. Нас, особенно преосвященного Феофана [Быстрова], бывшего ректора петроградской духовной академии, ныне епископа полтавского, и затем меня, Распутин обольстил.

Мы его выдвинули…

Правда, мы вскоре поняли Распутина, отошли от него, но было уже поздно.

Мне кажется, что раньше у Распутина была искра Божия. Он обладал известной внутренней чуткостью, умел проявить участие, и, скажу, откровенно, я это испытал на себе: он не раз отвечал на мои сердечные скорби. Этим он покорил меня, этим же, — по крайней мере, в начале своей карьеры, — покорял и других…

…Несомненно, что хлыстовщина, к которой оказался приверженным Распутин, угаснет не сразу.

Я настаиваю, что новохлыстовство вообще довольно глубоко вкоренилось в русское общество, при чем люди неверующие просто идеализируют плотскую страсть, возводя ее в культ, а люди, называющие себя верующими, соединяют вожделения с молитвою. Разумеется, я здесь говорю только о тех, кто примыкает к новохлыстовству…

— Чем объяснить все-таки совершенно исключительно влияние Распутина?

— Даже мы, люди, умудренные духовным опытом, не сразу разобрали сущность Григория Распутина. Где же было разобраться в этом слабым женщинам, попавшим в его сети… А что касается мужчин, то на них он действовал просто запугиванием. Одним, верующим, он говорил: «Если меня удалишь, Бог тебя покарает. В твоем доме беда будет». Других, цеплявшихся за свое положение в свете, он, указывая на свое влияние, предупреждал: «Мотри [sic!], не послушаешь меня, плохо тебе будет». И слушали…»

Гипотеза о принадлежности Г. Распутина к секте хлыстов

В начале XIX в. среди высших слоёв российского общества распространилось увлечение масонством и мистицизмом, в том числе хлыстовским. 

Сами себя хлысты называли «людьми Божиими», в которых за их богоугодную жизнь обитает Бог. Эта религиозная секта возникла в середине XVII века среди православных крестьян под влиянием западно-европейских мистических сект и масонства. Существует взгляд на хлыстов как русское самобытное явление, генетически связанное со славянским язычеством и эзотеризмом.

Хлысты отрицали священников и не признавали церковную обрядность, хотя в целях конспирации могли посещать православные церкви. 

Митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий в 2000 г. заявил, что

“материалы столь долго тянувшегося, но так и не завершившегося расследования дела о принадлежности Г. Распутина к секте «хлыстов» оставляют открытым вопрос о его непосредственных связях с сектантами и о степени мировоззренческого влияния на него сектантской идеологии. При этом неоднократно отмечавшиеся современниками психотерапевтические способности Г. Распутина, которые в конце петербургского периода своей жизни он совершенствовал под руководством профессионального гипнотизера, могут свидетельствовать не столько о благодатной одаренности Г. Распутина, сколько о влиянии на него псевдомолитвенной, экстатической религиозности мистических сект”.

“Немногочисленные сочинения, связанные с именем Г. Распутина, по-прежнему определенно свидетельствуют не только о богословском невежестве сибирского «старца», дерзавшего духовно наставлять императорскую семью и религиозно поучать церковных иерархов, но и о приверженности их автора духовным настроениям и религиозным установкам, распространенным среди «народного» сектантства мистическо-харизматического толка”.

Митрополит Антоний (Храповицкий) в своем письме к патриарху Тихону в 1923 г. прямо назвал Г. Распутина хлыстом. Причем, судя по письму, он не сомневался в том, что патриарх соглашался с такой оценкой.

Церковные каноны

Вспомним тезис, будто

“в отношениях Царской семьи с Распутиным отсутствовали [признаки] духовной прелести, а тем более недостаточной воцерковленности”, а “все члены царской семьи жили в соответствии с традициями православного благочестия».

На самом деле, благочестие и воцерковленность — это не только про верность супругов и заботу о детях. Это и про верность Христу и полное отречение от языческих практик.

Не зря свой сборник мученик Михаил Новоселов назвал «Григорий Распутин и мистическое распутство»

Гадание в православной традиции обычно рассматривалось в одном ряду с черной магией и язычеством.

Согласно 24-му правилу Анкирского Собора, на гадающих налагается 5-летняя епитимия  Свт. Василий Великий в 83-м правиле за гадание или обращение к гадателям назначает 6-летнюю епитимию, а в 72-м правиле — равную с убийцами, т. е. 20-летнюю. 3-е правило свт. Григория Нисского приравнивает таковых к отступникам от веры и отлучает пожизненно; если же они по нужде обратились к гаданию, то наказание может быть смягчено. 6-летняя епитимия подтверждается 61-м правилом Трулльского Собора и 15-м правилом Номоканона при Большом Требнике, тогда как 20-летняя — 13-м правилом Номоканона при Большом Требнике. Тех, кто обращаются к цыганкам, Номоканон предписывает отлучать на 5 лет (16-е прав.), а гадающих на бобах или ячмене — на 6 лет (17-е прав.). 

Таким образом, гадание, языческие заклинания, вызывание духов умерших и прочие магические практики рассматриваются Церковью как тяжелое каноническое преступление. У нас нет свидетельств того, чтобы царь или царица раскаялись в совершении указанных канонических преступлений хотя бы перед смертью.

Сознательное нарушение церковных канонов царем и царицей является яркой иллюстрацией к тезису “Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. Обычный христианин не может окружить себя магами и вопрошателями душ умерших, но императору это позволено. Даже Св. Синод не смеет ему перечить. Такова церковная история.

Подведем итоги

«Религиозность царской четы при всей её внешне традиционной православности носила отчетливо выраженный характер интерконфессионального мистицизма».

Царица Александра имела «болезненное мистическое и склонное к вере в сверхъестественное настроение, даже к оккультному».

Предметы, подаренные “Друзьями”, царица воспринимала как амулеты. Это касалось и православных святынь.

Протопресвитер Георгий Шавельский свидетельствует, что “при Ставке находилась икона Явления Божией Матери Преп. Сергию. Мистически настроенной царице этого было мало. Она вообще всюду искала знамений и чудес, а в это время – в особенности. Разные же сновидцы и предсказатели, которых, к сожалению, всегда слишком много было на нашей русской земле, то и дело сообщали ей чрез ее приближенных или ей непосредственно – о своих вещих снах и видениях, которые иногда сводились к тому, что следует лишь в Ставку или на фронт привезти такую-то Чудотворную икону, и тотчас Господь пошлет армии победу. Императрица принимала такие вещания к сердцу и просила Государя распорядиться о доставлении той или иной Чудотворной иконы в Ставку”.

Царь не имел сил этому противиться, а порой и сам прибегал к помощи знахарей.

Близкие к царской семье религиозные лица были практикующими магами и оккультистами. Некоторые из них, по всей видимости, принадлежали к сектам мистическо-харизматического толка. Всё это является яркой иллюстрацией к тезису “Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку”. 

Анализ произведений Распутина, записной книжки царицы и отзывов церковных иерархов начала ХХ в. позволяет предполагать, что этот «Друг» царской семьи  был близок к воззрениям секты хлыстов.

«Это был позор, позор России и царской семьи, и именно как позор переживался всеми любящими Царя и ему преданными. И вместе с тем это роковое влияние никак нельзя было ни защищать, ни оправдывать, ибо все чувствовали здесь руку дьявола», — писал тогда прот. Сергий Булгаков.

Характерно, что многие современники упоминали нечистую силу и черта, описывая влияние Распутина на царскую семью.

Российское общество объединялось в ненависти к Распутину, к попавшей в полную психологическую зависимость от него царице, к царю, метавшемуся между любовью к жене и исполнением своего монаршего долга, и оттого казавшегося многим безвольным и не способным навести порядок даже в собственном доме, не говоря уж об империи.

Генерал А.А. Киреев 1904 г. занёс в дневник рассказ о том, как проезжавший мимо домика Петра Великого извозчик без стеснения заметил:

“Вот, барин, кабы нам теперь такого царя, а то теперешний дурик (не дурак и не дурачок). Где ему справиться“. Это ужасный симптом», – заключил генерал (Киреев. 336 об. Запись от 21 июля 1904 г.).

Спикеры РПЦ утверждают, что

«личное благочестие Государя проявилось в том, что за годы его царствования было канонизировано святых больше, чем за два предшествующих столетия».

Однако канонизация — это решение высших иерархов Церкви, а не конкретного императора. К тому же, в 1902-1903 гг. царская семья осуществила канонизацию преп. Серафима Саровского, следуя совету спирита, мага и предсказателя Филиппа. Царица была уверена, что благодаря молитвам преподобного Серафима Россия получит наследника императора.

Отношения между преподобномученицей Елисаветой Феодоровной и имп. Александрой резко ухудшились из-за разногласий по поводу оценки Распутина. Сестра царицы отмечала, что Г.Е. Распутин пребывает «в духовной прелести».

Авторитет Г. Распутина был для царицы Александры не просто «выше авторитета многих церковных иерархов”: она воспринимала их за «скотов». 

К концу правления императора Николая II члены Синода были уверены, что они никак не могут повлиять на поведение царя. Между ними и Николаем II к 1917 г. никакого особого взаимопонимания уже не было. 

Распутин, будучи распутником и авантюристом, стал близким другом царской семьи. Это свидетельство потери духовного ориентира. Если бы царь читал наставления еп. Игнатия Брянчанинова, он бы задумался.

Царь ни во что не ставил иерархов Церкви. Именно это и сделало возможным появление Распутина как духовного наставника в семье. В окружении царя нет старцев оптинских или Иоанна Кронштадского. Царь приблизил к себе сомнительную личность, которую видные иерархи Церкви обличали. Их мнение монарху было безразлично. Он считал себя выше Церкви и сам определял, «где Дух дышит».

Это типичная внеконфессиональная харизматическая религиозность, связанная с его статусом главы Церкви.

Иерархи Церкви платили царю той же монетой. В «Обращении» Синода падение монархии было воспринято чуть ли не с восторгом: «Свершилась воля Божия. Россия вступила на путь новой государственной жизни… доверьтесь Временному Правительству». Среди подписавших это «Обращение» отметим трех архиереев:

  1. Владимир (Богоявленский), митрополит Киевский (священномученик);
  2. Сергий (Страгородский), архиепископ Финляндский (будущий Патриарх Московский и всея Руси);
  3. Тихон (Белавин), архиепископ Литовский (будущий Патриарх Московский и всея России. Канонизирован в лике исповедников).   

В личной переписке царя и царицы видна её нескрываемая ненависть к митр. Владимиру (Богоявленскому) и архиеп. Сергию (Страгородскому). Царица настойчиво требовала их удаления из Св. Синода.

Проф. Осипов А.И. указывает на факт, который

“принципиально не позволяет с христианской точки зрения ставить вопрос о канонизации Николая II, так это его личное признание своей матери в письме из ссылки: “Бог дает мне силы всех простить, только генерала Рузского простить не могу”.

Кстати, царица в письме от 3 марта 1917 года называет его “Иуда Рузский”.

“Само положительное изменение психологии Николая II и Александры Федоровны после их ареста в последние месяцы жизни также совсем недостаточное основание для канонизации. Очень многие люди, попадая в тяжелые жизненные обстоятельства, изменялись и перед смертью раскаивались, но совсем немногих и не в силу только этого факта Церковь причисляла к лику святых. Степан Разин, например, перед казнью у всех просил прощения и сам всех (без исключений) простил и умер с христианской точки зрения как праведный разбойник. Но придет ли кому-либо мысль о его канонизации?”

Обзор этих свидетельств приводит меня к выводу, что царская семья была канонизирована в первую очередь ради преодоления Карловацкого раскола и воссоединения РПЦ МП с зарубежной РПЦ, что и произошло в 2007 г. Среди других причин можно указать на стремление привлечь на сторону церковного официоза фанатичных почитателей царя — потенциальных раскольников. Немаловажен и экономический фактор: культ царской семьи приносит РПЦ большие деньги (монастыри, царские дни, шествия, иконы и т.д.). А еще это символ отторжения от советского периода. Николая II удобно использовать в идеологических целях. Из июльского расстрела выжимают максимум ненависти к большевикам. Это идеологическое наследие РПЦЗ, которое пришлось ко двору и в РПЦ.

Панегирик митр. Ювеналия представляет собой попытку ввести читателей в заблуждение. В отношениях Царской Семьи с Распутиным были очевидные признаки духовной прелести. Их степень воцерковленности была крайне низкой. Нет возможности утверждать, что “все члены царской семьи жили в соответствии с традициями православного благочестия”.

Императрица верила в чудодейственную силу подаренных Филиппом и Распутиным вещей. На языке магии речь идет об амулетах.

Письма Государыни говорят не “духовной жизни ее и других членов Семьи”, а, скорее, о семейной трагедии. Современники писали об истерии императрицы, на фоне которой развились различные психосоматические нарушения. Говорили и об «остром нервном расстройстве» царицы.

Возможно, что с этим была связана и её болезненная склонность к мистике и оккультным практикам.

У этих людей были хорошие черты характера, но этого мало, чтобы царскую семью называть образцом семейности и христианского благочестия. Как и ожидалось, канонизация царской семьи принесла не успокоение, а лишь внесла смуту в православную среду. 

Источники

  1. Блиев Юрий. От гемофилии к бунту // «Медицинская газета» № 18 от 14 марта 2007 г.
  2. Буксгевден С.К. Венценосная мученица. Жизнь и трагедия Александры Федоровны. — М., 2010. С. 185
  3. Вознесенский А.Н. V. Суды. Следственные комиссии. Митя Козельский — враг Распутина. Чрезвычайная следственная комиссия. Реквизиция особняка Кшесинской в Петрограде и гостиницы «Дрезден» в Москве // Москва в 1917 году. — М., Л.: Государственное издательство, 1928. — 196 с.
  4. Воспоминания последнего протопресвитера русской армии и флота / Шавельский Г.И.; ред. Александров А.А. – М.: Вече, 2019. – 512 с. 
  5. Воспоминания монахини Серафимы (Булгаковой) // Преподобный Серафим Саровский и Дивеевская обитель. М.: Отчий дом, 2011. С. 396
  6. Даниил Русин. «Как бы я хотела оказать Ники реальную поддержку…». Влияние императрицы Александры Федоровны на политические решения Николая II перед Первой мировой войной // Родина — Федеральный выпуск: №4(417). URL: https://rg.ru/2017/04/20/rodina-imperatrica.html 
  7. Жильяр П. Император Николай II и его семья. М., 1991
  8. Зимин И.В Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение. Повседневная жизнь российского императорского двора. — М.: Центрполиграф, 2022 
  9. Знатнов А.В. Востоков Владимир / Православная энциклопедия. Т. 9. — М., 2010. С. 471-473
  10. Ильяшенко Филипп, свящ., Фирсов С.Л. Иоанн Кронштадтский / Православная энциклопедия. Т. 24. – М., 2010. С. 353-382
  11. История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Гражданской войны (1894–1922). Том I
  12. К вопросу о канонизации царя Ивана Грозного и Г. Е. Распутина. Приложение №2 к докладу митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, председателя Синодальной комиссии по канонизации святых. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/420877
  13. Кучмаева И.К., Максимова Л.Б. Елисавета Феодоровна / Православная энциклопедия. Т. 18. М., 2009. С. 389-399
  14. Максимова Л.Б. Александра Феодоровна / Православная энциклопедия. Т. 1. – М., 2007. С. 553-558 
  15. Максимова Л.Б. Алексий Николаевич / Православная энциклопедия. Т. 1. – М., 2007. С. 654-656
  16. Мраморнов А.И. Ермоген / Православная энциклопедия. Т. 18. – М., 2010. С. 654-658 
  17. Палеолог Морис. Дневник посла. М., “Захаров”, 2018 г.
  18. Переписка Николая и Александры. 1914-1917 / сост. А.А. Сергеев. — М., 2013
  19. Письма Преподобномученицы Великой Княгини Елизаветы Федоровны. — М., 2011
  20. Половинкин С.М.  Новосёлов Михаил / Православная энциклопедия. Т. 45. — М., 2021, С. 591-596 
  21. Слюнькова И. Н. О пребывании на празднике в Сарове 1903 г. Царской семьи // V Всерос. ист. науч.-практ. конф., посвящ. 100-летию канонизации Серафима Саровского. Саров, 2004. С. 134
  22. Хереш Э. Александра. Трагедия жизни и смерти последней русской царицы. М., 1998. С. 216-217
  23. Ювеналий, митрополит Крутицкий и Коломенский. Основания для канонизации Царской Семьи. URL: https://pravoslavie.ru/31206.html). 
  24. Призова  Екатерина. Рассекречены документы о безалаберной слежке за Распутиным. URL: https://rg.ru/2015/07/28/reg-urfo/rasputin.html

 

 

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: